Даже смерть заносчивого Председателя его не задела. Хотя этот старик много для него сделал. Не имей он такого влиятельного наставника, ему не удалось бы избежать смертной казни. Если Фред и почувствовал хоть что-то, то это было, когда он узнал о смерти Вагнера. Этот старый хрен давно его доставал. Вселенная на его стороне, если помогла ему – отправила вечно недовольного руководителя к предкам. Этот кретин никогда не мог его понять.
У Фреда были далеко идущие планы. В таких масштабах не мыслил даже его учитель и партнёр – Председатель. Зачем придумывать что-то новое, искать новую планету? Им ведь итак неплохо живётся. Если еще проредить население и оставить только самых необходимых… Корабль нужно перезагрузить. Председатель как-то проговорился, что в его каюте есть такая кнопка. Все системы жизнеобеспечения отключаются на час. После этого резервы пополнятся и улучшится защита от космической радиации. Фред последнее время чувствовал сухость в горле и звон в ушах. Списывал это на вредный фактор пребывания в космосе. Обстановка на Корабле постоянно ухудшалась, генофонд портился. То, что случилось, все эти смерти – только к лучшему. Нынешнее поколение принесено в жертву ради спасения будущего человечества.
Чтобы выжить во время перезагрузки, нужно находиться в защитных капсулах. И здесь их было несколько. Возможно, в одну из них он поместит Катию. Чтобы продлить удовольствие от их отношений. Все нужные пароли и коды ему известны. Он не спец, но всё же техник. Взломал личный компьютер Председателя. Мысли о том, что в его руках сосредоточена такая власть, щекотала ему нервы.
Лука
Странное дело, совсем недавно изучение технологий и возможностей Корабля было для него развлечением, простым интересом. Теперь от этого зависят жизни – его и сестры. То, что было когда-то игрой, стало смертельным испытанием.
За эти семьдесят часов с момента начала катастрофы Лука успел о многом подумать. Он пережил страх смерти. Благодаря сестрёнке, о которой нужно позаботиться в первую очередь. Если бы не она, парень, наверное, просто сдался бы, сражённый ужасами увиденного. И ещё продолжал оплакивать родителей и друзей. Не мог с этим смириться. Почему он и Василиса здесь, а их рядом нет?
Иногда он и Вася слышали крики, совсем рядом. Люди просили о помощи, рыдали и всхлипывали. От рычания и металлического скрежета, что раздавались после этих звуков, парня била крупная дрожь. Его рука не раз тянулась к кнопке открытия дверей каюты. Он очень хотел помочь этим сотжи. Но каждый раз, прежде, чем он решался, крики замолкали. Тишина была подтверждением того, что он опоздал.
Светлая каюта уже не выглядела такой идеально чистой, как при маме. Одежда и одеяла с подушками, а также детали, и запчасти, какие у них были – всё разбросано по центральной части, которую они именовали гостиной. В раковине куча грязной посуды.
Дети уже съели все энергогели, что были у них в запасе. И сейчас их животы сводило от голода. В последнее время Василиса много спала. Она уже привыкла вести себя тихо. Подолгу сидела и смотрела в одну точку. Лука говорил с ней, рассказывал, что собирается сделать, как пойдёт искать людей… Иногда она отвечала, иногда нет. Лука очень испугался. Он не знал, что делать в таких случаях. В конце концов, это работа взрослых – лечить детей, если они заболели. А подросток не разбирался в лекарствах и не знал основ медицинской помощи.
- Я попробую пробраться на палубу развлечений и раздобыть нам еды…- Он потянулся к верхней полке за коробочкой, в которой родители хранили талончики на энергогели. Отец всегда говорил: самое важное храни в надёжном месте.
Металлическая крышка слетала и содержимое рассыпалось. Она была набита под завязку. Кто так складывает документы? Неужели его отец? Лука принялся собирать и складывать в коробочку то, что упало. Он нашёл талончики и отложил их в сторону. На мгновение застыл. Что это? Его рисунки и схемы? Его старые идеи изобретений? Отец всегда ругал его за эти шалости. Он отбирал и выбрасывал эти бумажки. Оказывается, нет, не выбрасывал. Вот они. Помятые, но целые. Его рисунки.
- Ты соврал… - в голосе звучала обида. – Ты говорил, что не веришь в меня, а сам…
Отец всегда казался ему тираном. Лука не понимал, за что мать вообще полюбила его. Среднестатистический сотжи с абсолютно невыдающейся внешностью и крутым нравом. Лука всегда завидовал тем, чьи отцы давали детям свободу и ничего не запрещали. Родители заняты собой, дети –собой. Идеально. И только его старик не желал ослаблять контроль. Вот же обманщик! Говорил, чтоб он, Лука смирился с судьбой, а сам собирал его чертежи…