— Но я-то тут, с какого боку? — опять принялся за старое Арнольд. — Я не коммандос, не «морской котик». Я — интеллектуал. Моя ценность для разведки Штатов заключается в добыче и передаче ценной разведывательной информации. И я, вот убей меня Бог, никак не могу представить себя в роли Джеймса Бонда.
— Джеймс Бонд тоже был интеллектуалом MI-6, что, однако, не мешало ему время от времени вступать в чисто физические единоборства с врагами Ее Величества, — парировал агент.
— Говорите же, что вам еще от меня надо?! — прошипел, доведенный до белого каления, Шептицкий, навязываемой ему неведомой роли.
— Мне велено поручить вам, самостоятельно нейтрализовать дежурную смену РЛС, — шелестящим голосом довел до Арнольда приказ синоптик.
От такого оборота Арнольд поперхнулся и выпучил глаза не в силах даже прокомментировать такое наглое предложение. Целую минуту он находился в ступоре, рисуя в голове свой будущий провал, в случае его согласия на его выполнение. Агент не торопил с ответом, наблюдая за метаморфозами лица собеседника. Через минуту Шептицкий нашел в себе силы выйти из состояния грогги.
— Вы, что, там, все с ума посходили, что ли?! — выдавил он из себя почти через силу.
— Нисколько, — с нотками флегмы ответил Евгений. — Там, — он поднял глаза кверху, — все просчитали и решили, что использование вас в качестве ликвидатора будет единственным оптимальным вариантом для нейтрализации дежурной смены.
— Я на такое не подписывался! — яростно затряс головой дозиметрист. — Идите вы все лесом! Я умываю руки!
Неожиданно лицо метеоролога исказила злая гримаса и он, ухватив Шептицкого за отвороты шинели, рывком притянул его к самому своему лицу:
— А теперь, щенок, слушай сюда! — обдал он Арнольда стойким чесночным дыханием. — Ты уже все подписал тогда, когда согласился работать на врага своей страны! Тебе, б…, сказать, за сколько ты продался или сам вспомнишь сумму?
— Сумасшедший! — взвизгнул Арнольд, всегда боявшийся грубой и нахрапистой силы. — Отцепитесь же от меня! — изо всех сил старался он отодрать руки от своей форменки. Ему очень не хотелось опять попадать в скандал связанный с рукоприкладством.
— И запомни, выкидыш генеральский, ты будешь всегда и всюду выполнять приказы своих хозяев! А не то, те кому надо, живенько узнают о твоих похождениях, — пригрозил он, не переставая дышать в лицо смесью чеснока и вчерашнего самогона. — И загремите вы со своим папанькой в застенки товарища Тучкова, где ваши кишки будут разматываться на раскаленном вертеле.
— А ты будешь корчиться вместе с нами на соседнем, — в свою очередь зло прошипел Арнольд.
— Ошибаешься, милый, — оскалился в ухмылке Евгений. — Я кто? Я — простой курьер, мне спустили, я — передал ниже. За мной ничего серьезного нет. Родину не предавал, ее секретами не торговал. Я всего лишь выполнял мелкие поручения своих нанимателей. Так что, я в худшем случае пострадаю за свой маленький гешефт, в отличие от тебя. Мне припаяют червонец и отправят лес валить в Магадан. Для меня это, как курорт после пребывания среди здешних камней, где даже кустика нет, чтобы помочиться.
Видя, что контршантажом агента никак не переубедить, Шептицкий начал просто канючить по-детски:
— Как вы не поймете, — чуть не плача выговаривал он некрасиво кривя губы, — что я не могу этого сделать? Это просто не в моих силах! Я никогда этим не занимался!
— Учиться никогда не поздно, — осклабил рот в хищной улыбке Евгений. — Каков обычный состав дежурной смены? — неожиданно деловито поинтересовался он.
— Три человека, — шмыгая носом, поведал киллер-практикант. — Старший смены и два оператора.
— Всего-то?! — весело присвистнул синоптик. — Я-то думал, что там не меньше отделения, а там оказывается всего трое.
— Они все в одном помещении находятся?
— Да, — понуро кивнул головой Арнольд, понимая, что отвертеться, никак не удастся.
— Вот видишь, как все славно выходит! Тебе даже гоняться ни за кем не придется по всей станции, — решил синоптик хоть как-то подбодрить Джеймса Бонда местного розлива.