Честность, известно, воспитывается прежде всего примером окружающих. И, как правило, таких примеров у ребят вполне достаточно. Смелость великолепно шлифуется в туристических походах, вообще в занятиях спортом. Трудолюбие становится чертой характера, если ребенка с малых лет нагружают осмысленной работой, поощряют его успехи.
Чего же не хватало мне когда-то и, увы, не хватает многим сегодняшним мальчишкам и девчонкам, чтобы чувство ответственности росло и развивалось без изъяна? Думаю, жесткого, придирчивого контроля со стороны воспитателей! Без спроса чувство ответственности само собой не возникает и не закрепляется.
Спрашивать — в смысле проверять исполнение — не легко. Куда проще дать очередное «ценное указание», красноречиво объяснить, для чего следует делать то-то и то-то, и… успокоиться. Но если поступать таким образом, можно точно сказать: толку не будет. Желаете облегчить будущую взрослую жизнь своего подрастающего сына или своей пока еще маленькой дочери, не жалейте ни сил, ни времени на контроль исполнения.
Только не подумайте, что контролировать означает не сводить глаз с детей и надоедливо спрашивать. Ни в коем случае!
Спрашивать, проверять — обязательно, но — предельно деликатно, чтобы у ребенка никогда не возникало неприятного ощущения: ну ни в чем мне веры нет!
Ведь от подобных мыслей не далеко и до полного безразличия, до апатии или, напротив, до бунта: ах, не верите, и не надо — наработаю я вам, дожидайтесь!..
Значит, установили: мы, взрослые люди, соблюдаем деликатность, но ребята отчетливо понимают — исполнять порученное дело кое-как нельзя. Небрежность незамеченной не остается, за плохую работу по головке не гладят, спасибо не говорят. Короче: контроль даст результат, если он будет доброжелательным и… неотвратимым. Именно неотвратимым, как восход солнца!
И пусть никого не смущает, что на первый взгляд такой жесткий и последовательный контроль вроде бы не облегчает жизни ребенку, а делает ее суровей и строже. Это только видимость, а суть куда глубже: вовремя и надежно привитое чувство ответственности отнюдь не ограничивает развития личности, а лишь организовывает человека, делает его строже к самому себе, собраннее.
Надо ли доказывать, что умение управлять собой всегда и безусловно — благо?
Не так давно я был приглашен в судьи. Дело предстояло разбирать не совсем обычное и, на мой взгляд, крайне важное. Мальчишки, начитавшись книг про разведчиков, партизан, летчиков и танкистов, совершавших немыслимые подвиги на войне, пришли к несколько неожиданному выводу: на фронте было хорошо, хоть каждый день отличайся — бери языка, тарань противника, громи вражеский штаб. А теперь плохо: редко кому повезет спасти утопающего, никаких условий для проявления геройства нет! Вот приблизительно какую позицию заняла группа ребят, и симпатичный, лет четырнадцати, паренек защищал эту точку зрения с пеной у рта.
Но это был еще не самый спор, а преддверие к спору.
Другой парнишка, представлявший меньшую группу, не соглашался с тем, что на войне было хорошо, и высказал, на мой взгляд, весьма здравую мысль. Дескать, и на фронте не каждый день языков брали и тем более не каждый день таранили, а вот лишения преодолевать приходилось, действительно, ежедневно, и голодать, и мерзнуть, и под открытым небом спать. Так вот, доказывал он, безропотно переносить все это, может, даже труднее, чем совершить сам подвиг.
Эту точку зрения поддержал и пионервожатый, кстати сказать, человек интересный — альпинист, рабочий завода, который шефствовал над школой.
И тут же был выработан план проверки на «героические данные», на «способность к подвигу».
Четверо — трое ребят-добровольцев и вожатый — решили отправиться в подмосковный лес, не запасаясь ни продуктами, ни хотя бы перочинными ножами, ни спичками, ни тем более спальным мешком или палаткой, и провести там субботу и воскресенье.
Выдержат или не выдержат?
Думаю, что эксперимент, выражаясь языком научным, ставился не вполне корректно, и судить о его целесообразности можно, вероятно, по-разному, но чисто по-человечески, да и по-родительски, мне весьма симпатична роль вожатого в этой истории: слова — в сторону, пробуем себя в деле!
Не стану пересказывать подробности, они интересны, но уведут нас в сторону от темы, скажу сразу, чем кончилось дело. Увы, испытание выдержали двое — один из ребят и вожатый, двое других мальчишек ретировались еще воскресным утром.
Дальше ситуация внезапно обострилась.
Вернувшийся с победой паренек прилюдно бросил в лицо товарищам.: вы потенциальные предатели!