Мой педагог из училища решил проверить мою работу в морге и попал как раз на вскрытие. Видно поделился в училище впечатлением и ко мне вообще ни у кого вопросов не было. Видно впечатление было настолько велико, что экзамены мне зачли автоматом и сессии для меня не случилось, зато появилось свободное время на клиентов. В июне адвокатша с придыханием говорила о новом клиенте, а когда она сама привела его чуть не присядая, то эффект от нашей встречи с шефом похороненного Кости добил её окончательно.
– Так вот где ты теперь обитаешь, учиться не бросила?
– Нет, конечно. Мне сессию уже зачли, вот и зарабатываю на отпуск.
– Ну, давай проверю слухи, насколько ты хороша.
Адвокатша испарилась, шеф стал оголяться за ширмой, а я зажгла ароматические свечи с лимоном.
Сползал с массажного стола он с моей помощью. Я завернула его в махровую простыню и усадила передохнуть. Я над ним работала полные два часа, даже сама утомилась. Оделся и молча оставил пятьдесят рублей – это значительно больше тарифа.
До вечера шли уже знакомые клиенты и ночь я провела в отделении.
На следующий день он опять явился и уточнил, когда я смогу заняться его товарищами. У меня как раз через пару дней уходили три клиента, десять сеансов вполне достаточны на год или полгода. На третий день у меня теперь три бывших знакомца в клиентах. После массажа я им подсказывала на что обратить внимание врачей или какие продукты исключить из меню. По окончании курса они уточнили, где меня искать через полгода для повторных сеансов.
– У тебя не только голова работает, но и руки золотые.
До конца месяца я теперь работала с клиентами по их рекомендациям, очень щедрыми на деньги и презенты.
Моей хозяйке понравилась моя домовитость в заготовках, так что теперь у нас уже были заготовки раннего лета: компоты из черешни, клубничный джем и варения.
В конце месяца я наведалась в Евпаторию, на работу меня охотно брали, даже главному врачу звонили и спрашивали обо мне. Попросила разрешения привезти бабушку с собой, чтобы жила в моей прежней комнате. Возражений не было и я вернулась к Катерине Андреевне соблазнять её поездкой на море. Та долго отнекивалась, а потом согласилась, раз жить будем в одной комнате, ко мне она уже привыкла. Взяла ей билет на самолет до Симферополя на начало месяца, и она начала собираться.
Отпуск мне дали опять на два месяца и 30 июня я уже входила в санаторий. С завтрашнего дня опять работаю на пляже, а сегодняшний день дали на обустройство жилища. Тут пришлось потрудиться, всё вычищать и на солнце сушить матрасы. Сестра хозяйка выдала одеяла и всё остальное бельё с подушками. С прошлого года у меня в рюкзаке остались электрочайник и посуда от благодарных местных работников, на пляже уже возводили мою палатку.
Июль начался с утренней зарядки, многие отдыхали в санатории годами и приветливо здоровались, до воскресения уже сложился привычный график работы, и в воскресение я отправилась в аэропорт встречать бабулю.
Перешла к Ж/Д вокзалу Симферополя и оттуда взяла такси, чтобы на нем доехать уже с бабулей до санатория из аэропорта. Добрались благополучно, по дороге я с интересом разглядывала почти незнакомый пейзаж, но встречались и знакомые места.
В понедельник познакомила бабулю с главным врачом и бабуля произвела на неё впечатление.
Два месяца пролетели мгновенно, я почернела, а вот волосы выгорели полностью. В двадцатых числах августа отправила самолетом бабулю домой, встретит её Петр Алексеевич, а сама отработала до конца месяца.
Также в конце месяца посетила одесскую барахолку и у прежнего же цыгана купила уже пятьсот долларов. В этот раз он не пытался заломить купюры и даже спросил, что из барахла нужно. Купила у него куртку-аляску с капюшоном и классное бельё.
В отделение вернулась 29 августа к обеду с тем же ассортиментом подарков для коллектива, что и в прошлом году, и сразу же приступила к работе, предварительно проведав Катерину Андреевну.
Всё у неё было нормально, оставила ей крымского винограда и арбуз, ушла в ночь для дежурства.
В этом году я решила сбросить нагрузку, умения я уже наработала, пора переходить на языки и больше отдыхать.
Катерина Андреевна с моим решением была согласная, всех денег не заработаешь и приучать к иностранным языкам начала прямо с утра субботы. Как у неё получалось, я не знаю, но давая одновременно несколько иностранных языков я не путалась. Теперь я больше времени проводила дома, в сентябре опять всех погнали в колхоз, я работала в отделении до обеда, потом два-три часа мы общались чаще на кухне с Катериной Андреевной, при этом делая заготовки, и я уходила к клиентам от шефа. Нагрузки стало меньше, а вот дохода больше. Работу в отделении я не воспринимала как нагрузку, практически это был мой второй дом, я там жила.