Возвращалась с покупками прямо в подъезд дома и до ужина занималась подготовкой полуфабрикатов из продуктов. Для отчетности трат завела тетрадь, где подклеила чеки из магазина и строкой рынок – сумму потраченного. Конечно я старалась готовить Майклу еду, близкую к американской, на завтрак кроме каши предлагала булочки с мясом и овощами внутри, запеченные с сыром.
Вставала я утром привычно рано и при отсутствии дождя начала по утрам бегать, знакомясь с районом. Сама я ела мало, поэтому готовить приходилось чаще. К выходным мы уже приспособились к совместному проживанию: Майкл сбросил на меня заботу о своей одежде, периодически его костюмы следовало отдавать в химчистку, обувь мыть и освежать, пищу предоставлять в определенные часы. С началом новой недели мы договорились о моих двух выходных в будние дни, моих заготовках продуктов без Березки, он сам туда стал заезжал. Для меня он стал привозить европейские газеты и журналы и в среду повёз в Березку, где торговали уже одеждой, чтобы я смогла потратить недельный заработок в чеках.
Накануне своего первого выходного вечером перешла к Ивану, на ближайщие дни буду в его больнице по вторникам и пятницам. С утра до обеда шли местные с продуктами, а после обеда платники.
Приезд жены Майкла откладывался, чему я была рада. Виделись мы с Майклом в хорошую погоду по утрам, он присоединился к моим забегам, а в течение дня я была незаметна и для него бестелесна.
Мой гонорар кроме овощей теперь пополнился рыбой, особенное предпочтение Майкл отдавал сому, а меня избавил от посещения рынка.
Когда сумма затрат на продукты достигала семидесяти рублей, Майкл оставлял сотню долларов в тетрадке на кухне. Свободного времени в Москве у меня было достаточно и я моталась по городу в хорошую погоду.
К концу октября ожидался приезд женушки Майкла и я готовилась сменить удобный для меня дом. Накануне её появления, обговаривая меню их совместного обеда, была неприятно поражена сообщением, что дама ещё и беременна. Это значит, что у неё повышенная эмоциональность и скандальность с причудами.
Доброжелательного расставания не случится.
Всё оказалось не так плохо, встреча наша прошла спокойно, дама оказалась спокойной пока и срочно освобождать квартиру от меня не намерена. Первые дни она приглядывалась ко мне, иногда готовила сама, а потом доверилась моим обедам. Через пару недель наше совместное проживание устаканилось, супруги гуляли каждый день, в их отсутствие я успевала сготовить пищу и прибраться в квартире.
Претензий ко мне не было, а вот информации для меня стало больше. В доме увеличилось количество печатных изданий, она привезла видеодвойку с кучей кассет и позволяла смотреть вечерами фильмы. Когда до неё дошло, что фильмы я вполне понимаю на разных иностранных языках, то занялась выводом меня в свет.
После критического осмотра моего скудного гардероба и нескольких совместных с ней посещений Березки для пополнения его, она сводила меня в Чародейку для модельной стрижки и маникюра к своим мастерам, я стала достойной сопровождать её на некоторые дневные мероприятия в домах архитекторов, журналистов и актеров. Особо я не выпячивалась, но её друзьям из тусовки могла ответить на вопрос на их родном языке.
Новый год отмечала одна в пустой квартире – супруги ушли к друзьям. Зимой я продолжала по утрам бегать, у меня появились последователи из соседей: две школьницы из выпускных классов и два парня – студента. Они считали меня ровесницей, ребята были продвинутыми в знаниях языков. Девчонки учились в школе с углубленным знанием английского и французского, а парни знали немецкий и испанский. Во время разминок мы общались на иностранном и весело проводили время. Девчонки симпатизировали парням и меня, как обслугу, конкуренткой не считали.
В феврале приближались роды у Мэри и я начала делать ей массаж. Хоть дама и была тридцатилетней, но к появлению ребенка совсем готовой не была. Пришлось брать процесс в свои руки и срочно готовить комплекты приданого. У своих девчонок-соседок взяла напрокат швейную машинку и оверлок, накупила фланели, ситца и сатина, шила пелёнки и распашонки.