— Спасибо, — добавляет мой муж напоследок и покидает обеденный зал.
Вместе с ним уходит и моя уверенность. Ощущать внимание Руслана наедине — мука. А Элла при любом раскладе встанет на его сторону, значит, ее присутствие здесь равносильно отсутствию.
— Я тоже сыта. — Встаю вслед за мужем. — Элла, окажи любезность, убери со стола, когда закончите.
Она возмущенно изгибает бровь.
— Вообще-то мне сына спать укладывать.
Переключаюсь на Руслана:
— Тогда ты.
— Я же здесь всего лишь гость. — Он откидывается на высокую спинку стула.
— А у нас самообслуживание, внук моего мужа.
Поставив этим фактом точку, я выхожу из зала и прямиком отправляюсь в рабочий кабинет. Дверь приоткрыта, стучаться не надо. Достаточно заглянуть — Валентин Борисович, отвлекшись от ноутбука, улыбается моему появлению.
— Как ты, Майя? — интересуется, едва я вхожу и прикрываю дверь. — Сложно с Русланом?
— Он уверен, что у меня шкурный интерес к вашим деньгам, — отвечаю честно. — Намерен сорвать с меня маску.
Муж смеется, покачав головой. Для него Руслан слишком предсказуем.
— Ты же подыграла?
— Пусть лучше он увлечен погоней за призраками, чем одержим идеей затащить меня в постель.
— А ты хитрая. — Валентин Борисович сощуривается, не позволяя мне угадать — комплимент это или напротив. — Майя, у меня будет к тебе просьба. Руслана это не касается, — уточняет, снизив уровень моей напряженности. — Завтра у меня намечается деловой ужин в ресторане. Я был бы рад, если бы ты составила мне компанию. Заодно проведешь вечер подальше от моего непутевого внука. Я же вижу, как он тебя изматывает.
— Ну что вы, с ним весело, — отвечаю без тени улыбки. — Чудный мальчик.
— Я так понимаю, твой ответ — да?
— Категоричное да.
— Тогда с ужином не заморачивайся. Пусть Элла с Русом сами пошевелятся хотя бы яичницу себе поджарить. Надень красное. Оно тебе очень идет.
Мое самое нелюбимое платье! Тонкие бретельки, открытая спина и разрез до бедра. Я надевала его лишь единожды и чувствовала себя продажной девкой. Зато муж обзавелся влиятельными клиентами и попросил не избавляться от платья. Похоже, завтра снова нужно покорить пару-другую похотливых толстосумов.
— Хорошо, — выдавливаю улыбку. — К которому времени мне быть готовой?
— К восьми.
— Я не заставлю вас ждать.
— Я знаю. Спокойной ночи, Майя. — Он снова сосредотачивается на ноутбуке, а я, ничего не пискнув в ответ, тихо выхожу из кабинета.
Закрываю дверь и, развернувшись к лестнице, сталкиваюсь с Русланом. Тот, держа в руках комплект постельного белья, протягивает его мне и, преградив путь, произносит:
— Поможешь с пододеяльником?
— Могу и с наволочкой, — откликаюсь я максимально отзывчиво. Беру из его рук эту постельную принадлежность и, подтянувшись на носках, надеваю ему на голову. — Так ты гораздо симпатичнее!
— Паршивка мелкая! — Сорвав с себя наволочку, Руслан швыряет белье на пол и хватает меня за локоть, не дав уйти. Толкает к стене и блокирует любое мое движение, загородив собой каждый путь отступления. Заслоняет своей огромной фигурой свет, упав на меня грозной тенью. — А я тебя помню, — произносит тягучим полушепотом. — Мы встречались в аэропорту, когда я улетал. Ты совсем другой была. — Проводит по мне матовым взглядом и оказывается еще ближе, проникая в меня не только своим запахом, но и жаром тела. — С головы до пят укутанная была. Такие волосы, плечи, ножки прятала под покрывалом.
— Не припомню, чтобы мне хоть раз в жизни приходилось укутываться в покрывало, — огрызаюсь, отчаянно цепляясь за остатки растворяющейся под его напором смелости. — Наверное, ты путаешь меня со своими подружками-однодневками. Тем более мы с тобой не встречались. Я бы запомнила.
Пытаюсь развернуться, но делаю только хуже: он наступает еще ближе, уже дыханием касается моего лица. Парализует не только тело, но и мозг.
— А ты и так запомнила, — шипит искусителем. — Признайся, думала обо мне? Вспомнила мой совет, когда впервые надела нормальное платье вместо балахона? Представляла в своих снах, как сложилась бы твоя жизнь, будь ты со мной, а не с той рухлядью в пяти метрах?
— Для этого особо напрягаться не нужно. Достаточно взглянуть на тебя — и становится ясно, что ты не способен подарить своей женщине ничего, кроме ЗППП.