Едва они обжились, как уж снова пришлось укладывать чемоданы: они на месяц уезжали в Крым, в Суук-Су.
— Наше свадебное путешествие! — ликовала Айна, Как она радовалась, что увидит Крым. — Надо надеяться, что Суук-Су находится на берегу моря? — Она немедленно достала карту Крыма и принялась изучать Крымское побережье. По складам разобрала все названия больших и малых городов от Севастополя до Керчи. Суук-Су среди них не было.
— Значит, Суук-Су расположен в глубине полуострова. Вот досада!
Загадочное, не обозначенное на карте побережья Суук-Су не давало покоя ни Вальтеру, ни Айне. Они укладывались, но мысли их заняты были этим необычно звучавшим названием. Вальтер позвонил в туристское бюро. Там ему сказали, что Суук-Су находится вблизи Гурзуфа, у самого моря.
Айна пустилась в пляс и до того разошлась, что Вальтер даже боялся, как бы соседи не запротестовали. Но и он с большой радостью думал об этой поездке к Черному морю. Сколько лет он уже не отдыхал. В тысяча девятьсот тридцать втором году летом, когда его выпустили из крепости, он совершил двухнедельную поездку на пароходе по Рейну; с тех пор прошло девять лет. Девять лет… Все тут было: и концентрационный лагерь, и Париж, и Испания, и долгая болезнь. А теперь целый месяц отдыха! Солнце, вода, песок, ничегонеделанье, книги — все это ему представлялось почти нереальным. И Айна с ним! Вот она, щебеча и напевая, носится по комнате и то одно забывает, то другое, но зато всем друзьям и знакомым подробнейшим образом докладывает, что едет в Крым, в Суук-Су. А когда кто-нибудь решается спросить, где же находится это Суук-Су, она каждый раз сызнова становится в тупик.
Утром последнего дня мая они сели в просторный пассажирский самолет и уже в обед, после спокойного ровного полета над необозримыми полями Украины, приземлились в Симферополе. Небольшой автобус дома отдыха Суук-Су ждал своих пассажиров на аэродроме.
Автобус несся по извилистым горным дорогам Крыма, то взбираясь вверх, то катясь под гору. Изредка в глубине мелькало лежащее за горами море. На место они прибыли в час послеобеденного отдыха.
Оказалось, что Суук-Су — это название дома отдыха, а не местности. Возможно, здесь некогда было селение, которое так называлось. Теперь здесь расположился маленький санаторный городок, с белоснежными жилыми корпусами, «зеленым» театром и множеством спортивных площадок. Вся территория этого городка представляла собой парк, поднимавшийся в гору, с аллеями мощных кипарисов, высокими пальмами и такими деревьями и растениями, которые Айна и Вальтер видели впервые.
Бросив чемоданы в отведенной им комнате, с балконом на море, и наскоро умывшись, они, не медля ни минуты, отправились в экспедицию по новым местам. Первым делом поклониться морю. Берег был местами каменистый, местами песчаный. Нашли они и превосходный уголок для купания. У самого берега из воды поднимались две громадные скалы. Они высились почти рядом, но не соприкасались. Между ними пролегала узкая полоса воды. Искрясь на солнце, спокойно дышала зеркальная морская гладь. Вдали пыхтел маленький моторный катер.
Айна в восхищении всплеснула руками, и глаза ее, казалось, торопились и не могли вобрать всю полноту прекрасного. Она повторяла шепотом:
— Тридцать дней… Целых тридцать дней…
В парке Вальтер и Айна встретили молодую русскую девушку, здоровую, крепко сбитую, с широким энергичным лицом и добрыми глазами. Айна уже успела запомнить несколько русских слов и мастерски жонглировала ими. Она быстро столковалась с новой знакомой, ни слова не понимавшей по-немецки, не говоря уж о шведском языке. Девушка служила в доме отдыха, и звали ее Наташей. Оказалось, что она работает в корпусе «В», в котором поселились Вальтер и Айна.
Для Айны была открытием и Наташа. Она любовалась ее лицом, по-мужски энергичным и в то же время мягким. О чем только она Наташу не расспрашивала! Не всегда было просто построить вопрос так, чтобы русская девушка поняла. Айна узнала, что Наташа родилась под Тулой, что девушка уже два года работает в Суук-Су и стосковалась по родной деревне. Айна спросила ее, хочет ли она жить в Москве. О да, еще как хочет! В Москве ведь все русские хотели бы жить. Когда Вальтер и Айна распрощались с Наташей, Айна сказала:
— С такой русской женщиной, как Наташа, я с удовольствием подружилась бы. Она ведь тебе тоже понравилась, правда?
— Ты что-то очень быстро заводишь дружбу, — ответил Вальтер.
— Я имела в виду… если…
— Полагаю, что, кроме Наташи, найдутся еще и другие русские женщины, достойные того, чтобы с ними подружиться.
— Не вздумай, пожалуйста, потешаться надо мной, — погрозила она, смеясь. — Здесь, у моря, это строго воспрещается. — Она показала на высокую гору, выдвинувшуюся далеко в море. — Мы тут в настоящей бухте. Чудесно!.. Разве нет? Скажи! Да скажи же что-нибудь!