Штаб бригады помещался в просторном доме одного бежавшего торговца оливками. В громадном вестибюле проводились летучие совещания. Здесь Вальтер Брентен ожидал командира бригады.
Но вместо командира пришел военный комиссар, высокий стройный мужчина с худым аскетическим, остро очерченным лицом. Он испытующе взглянул на Вальтера, бегло прочел врученное ему письмо и небрежно сунул его в карман своего длинного плаща.
— Меня уже известили, но ты явился в неблагоприятный момент.
Оборотясь к офицеру в фуражке с двумя золотыми полосками, он слегка кивнул в сторону Вальтера, внимание которого в это мгновение было отвлечено. Несколько товарищей сидели на корточках перед камином, и один из них держал над огнем сковороду с длинной ручкой. «Что это они жарят?» — подумал Вальтер. Но тут же понял по запаху, что это поджариваются кофейные зерна. В комнату вошла полная пожилая испанка, неся в руках кастрюлю с водой, — вероятно, экономка. Она вертелась по комнате как юла, и при каждом ее движении взвивалось несколько надетых одна на другую юбок. Темная и потрескавшаяся кожа ее широкого лица казалась дубленой. Бойцы называли ее «мама» и «мамита»; она смеялась в ответ и, по-видимому, хорошо ладила с ними.
— Товарищ Брентен!
— Есть! — Вальтер подошел ближе к комиссару.
— Вот товарищ Допплер! — Военный комиссар указал на командира батальона имени Тельмана. — Ступай с ним.
— Есть!
Вальтер протянул руку Допплеру, и тот крепко ее пожал. Взглянув на него, Вальтер невольно улыбнулся. Улыбнулся потому, что Допплер напомнил ему Эрнста Тельмана. Такое же крупное лицо. Такие же светлые умные глаза.
— Багажа у тебя много?
— Нет, только рюкзак.
— Это хорошо. Некоторые являются, как кругосветные путешественники, с целой кучей чемоданов… Мне нужно в Мореллу, Если хочешь, едем со мной. Побеседуем в машине.
Допплер был на голову выше Вальтера, и мундир очень шел к нему. Подбитый овчиной плащ он носил нараспашку, из-под него видна была короткая черная кожаная куртка да на боку неуклюжий кольт. К Допплеру подошли интербригадовцы. Они поздоровались.
— Salud, comandante!
— Salud, товарищи!
По сердечной нотке, звучавшей в этих приветствиях, Вальтер понял, что Допплера любят. Откуда он? Уж этот, несомненно, бывший офицер.
В небольшом, выкрашенном в защитную краску «фиате» они поехали в горы. Допплер сидел с водителем, Вальтер втиснулся на заднее сиденье, между ящиками и картонками.
— Сапоги на тебе хорошие?
— Да.
— А портянки?
— Портянки? Нет, я в носках.
— Привыкай к портянкам. В них теплее. Ты был когда-нибудь солдатом?
— Нет, товарищ Допплер.
— Меня зовут Макс.
— Меня — Вальтер.
— Значит, тебе еще только предстоит боевое крещение?
— Да.
— Не боишься?
— Нет. А ты, видно, был офицером?
— Что ты? Только здесь и стал им.
— А похож на кадрового военного.
— Разве? — Макс рассмеялся.
— Если так, то из меня тоже может выйти стоящий солдат.
— И выйдет. Скорее, чем ты думаешь.
Они ехали под гору. На шоссе им пришлось остановиться. Мимо них с грохотом ползла колонна танков.
— Дьявольски не повезло! — выругался шофер. — Обогнать их — это надо быть циркачом.
— А другой дороги нет? — спросил Макс.
Вальтер вышел из машины. Он насчитал уже восемь танков. Тяжелые серые чудовища с длинными орудийными стволами. Удивительно, как это они одолевают крутые горные дороги; очевидно, они поворотливы, несмотря на свой неуклюжий вид. Из люка башни выглянул испанский офицер, махнувший рукой в знак приветствия. Вальтер поздоровался, приложив руку к берету.
— Садись, едем дальше.
— За танками?
— Да, другого пути нет.
На поднимавшейся вверх горной дороге шофер лихо и ловко обогнал танки. Четырнадцать раз он проскальзывал между боевыми машинами и отвесной кручей, от которой его отделял какой-нибудь сантиметр. Затем дал полный газ, и «фиат» легко и проворно покатил в гору, словно избавившись от опасности.
— Обойдемся ли без цепей… — с сомнением сказал шофер. Теперь и Вальтер увидел, что горный перевал, к которому они подъехали, покрыт снегом.