– Где ваш брат? – Вздохнув, спросила она.
Агнесс приподняла брови.
– Я думала, ты поговоришь с Альмодом...
– И с ним тоже... Но, сперва с Маргатом. – Жёстко сказала Алеся.
***
Алеся переступила высокий порог и нырнула из полуденного зноя, оживлённого пением цикад, в прохладу большого зала. Дубовые резные колонны поддерживали высокий потолок. Все стены были увешаны самым разнообразным оружием – от мечей до кистеней, топоров и чего-то совсем непонятного. В центре между колонн стоял Маргат с длинным клинком в руке. Повернувшись, он взглянул на Алесю и, не отрываясь, наблюдал за тем, как она медленно подходит к нему. Девушке стало неуютно под его взглядом, и она нервно облизала губы.
– Я хотела поговорить. – Неуверенно начала служанка.
Оборотень опустил клинок и откинул со лба тёмные влажные пряди.
Служанка подошла ещё ближе и заговорила вкрадчивым доверительным тоном.
– Это всё ведь... на самом деле никому не нужно...
Маргат протянул руку вперёд и подцепил пальцем её косу, перекинутую через плечо. Алеся настороженно наблюдала за тем, как оборотень играет с её волосами. Это немного отвлекало.
– Гм... Я просто хочу сказать, что Альмод был не в себе. Я просто хотела пошутить, потому, что он всегда такой напряжённый и подмешала ему кое-что в еду. Он себя не контролировал. – Она очень надеялась, что врёт достаточно убедительно. Однако, судя по выражению лица Маргата, он не очень-то верил.
– Что ты от меня хочешь? – Холодно и безэмоционально спросил он.
– Пожалуйста, пусть никто не умрёт.
Маргат сделал шаг назад и приподнял брови.
– Ты беспокоишься, что я убью твоего ненаглядного Альмода?
Алеся на некоторое время выпала из реальности.
“Как объяснить, что мой ненаглядный Альмод, который вовсе и не Альмод, а Бай, влюблён не в меня, а в принцессу и взревновав принцессу к её законному жениху, окончательно озверел и это всё каким-то странным образом вылилось в дуэль с этим Айсингйоро. И при этом Баю, кажется, всё равно с кем драться – ему главное набить морду Альмоду... Потому, что сам набить ему морду он не может... потому, что это и его морда. А бедняга Маргат под руку подвернулся”.
Алеся почувствовала, что её голова сейчас лопнет и мученически вздохнула.
– Вам вообще незачем драться.
– Он первый вызвал меня на дуэль. Хочешь, чтоб я выглядел трусом и ничтожеством, отказавшись от неё. Я тебе действительно безразличен.
– Да почему безразличен-то?! Я просто хочу, чтобы все выжили!
Маргат горько ухмыльнулся.
– У Альмода помутился разум. Он сейчас беспомощен как котёнок. Это всё из-за того, что он не в себе. Поверь. Это будет избиение младенца. Просто не убей его. Пожалуйста! – Девушка ухватилась за руку оборотня. – Тот глупый случай не стоит его смерти.
Маргат взглянул на её холодные пальцы, лежащие на его запястье.
– Так печёшься о своём ненаглядном Альмоде. Я бы сгорел от стыда, если бы женщина просила за меня.
– Он выдернул свою руку и, подойдя к ножнам, висящим на стене, вдел в них меч.
– Ты не причинишь ему вреда? – Тихо, почти безнадёжно спросила Алеся.
– Я сделаю всё, чтобы победить. – Жёстко, со злостью ответил Маргат и быстро вышел из зала.
Алеся еле удержалась от того, чтобы не постучаться головой о стену.
“Переговоры провалились. Он его точно пришибёт. И с большим удовольствием”.
Девушка вышла следом. Оборотня и след простыл.
– Зайдём с другого края.
***
– Бай! Бай! Бай! – Девушка догнала оборотня и схватила его за рукав. Они шли под невысокими вишнёвыми деревьями, нижние ветви которых почти задевали из макушки. С другой стороны в мутной воде пруда мирно колыхались большие розовые кувшинки.
– Что? – Злобно бросил через плечо оборотень.
“Альмод по-прежнему не появился! Караул”!
– Это что ты творишь?! – Алеся схватила его за полу синего камзола. Оборотень попытался вырваться. Раздался треск ткани.
– Ты меня не остановишь! – С детским упрямством заявил он.
– Не выпендривайся! Ты что – не понимаешь, что можешь умереть? Готов в лепёшку расшибиться, чтобы нагадить другим?
– О, ты волнуешься за Альмода. Очень мило. Но я не собираюсь больше тебя слушать! Я буду делать, что хочу!
– Я уже поняла...
– Так что можешь понаблюдать, как твоему драгоценному Альмоду пустят кровь! – Искажённое злобой и ехидством личико парня внезапно разгладилось. Закатив глаза, он рухнул на траву.
– Это плохо, что меня никто не слушает... – Задумчиво протянула Алеся, отбрасывая камень и отряхивая руки. – Это всегда срабатывает, но я же его когда-нибудь так и прибью.