Ученый старел, в то время как робот не менялся и созидал свою обреченную вечность. На смертном одре создатель спросил у своего творения: «Чего тебе не хватает в жизни?» Робот ответил молниеносно и однозначно: «Чувства любви». Тогда создатель замолчал на какое-то время, осмысляя желание своего детища, а затем подозвал его вновь: «Среди восточных скал есть самая высокая гора, там у самых небес находится старинный храм. Именно там ты найдешь то, что тебе нужно». После этого напутствия ученый умер, и робот остался в одиночестве. Он не собирался ждать и сразу отправился в путь.
Робот шел долгие дни и ночи, пока не забрел туда, где не ступала нога человека. Благодаря своей неземной силе и выносливости он забрался на самую высокую гору и сквозь туманное пространство с помощью своих зорких глаз отыскал старинный храм. Пройдя мимо древних гигантских столбов и монументов, он добрался до самого центра, где на полу лежал красный цветок. Вдруг откуда ни возьмись раздался громоподобный суровый голос: «Что тебе здесь надобно, путник?» Робот без страха сразу ответил: «Я знаю все на свете. Я могу жить еще миллиарды лет. Я ни в чем не нуждаюсь. Единственное, что я по своей природе не могу чувствовать — любовь и счастье, и я пришел сюда раздобыть это чувство». Божественный голос отозвался: «Я вижу, ты не мое создание, я вижу, что ты создание человека. Я тебе дам то, что ты желаешь. Ты будешь чувствовать любовь и счастье, но при одном условии». Робот обрадовался: «Говори, я на все согласен». Голос подвел черту: «Чтобы испытывать эти чувства, тебе каждый раз от себя придется отсоединять драгоценную часть и отдавать другому». Робот понимал все и сказал «да».
Тогда голос приказал ему взять лежащий перед ним цветок и поместить его за металлическую грудь. Робот так и сделал. Он поблагодарил храм и вернулся в город. Не верилось, что механизм будет работать, ведь в чудо робот не верил. Но затем он отсоединил от себя кисть и отдал его соседям, где из него сделали незаменимый в стройке инструмент. В тот момент робот испытал первое неописуемое блаженное чувство. Вся любовь, милосердие и красота, существующие в мире поселились в его сердце. Он купался в волнах добра и первозданного света.
После этого он начал безостановочно разбирать свой организм на части и дарить себя людям. Кому-то он отдал руки, и люди построили благодаря им новые дома для бедных. Кому-то — ноги для высокоскоростных технологий, позволяющих машинам передвигаться по воздуху. Кому-то он отдал тело, породив вечный источник топлива. Чем больше он отдавал, тем ярче и интенсивнее горел цветок внутри него. Он чувствовал безграничную любовь к людям, которых смог осчастливить, и тем самым себя наделял озаряющим божественной яркостью счастьем.
Слух он отдал всем глухим. Зрение — всем слепым. Язык он отдал, чтобы в мире больше не существовало барьера. А свой разум он отдал людям, чтобы те изобрели вечную жизнь без болезней и старости. Отдавая себя по частям и наслаждаясь внутренней любовью, вскоре от робота ничего не осталось. На грани своего исчезновения он испытал самое непередаваемое счастье, в котором растворился навсегда. В месте исчезновения остался лежать блеклый высохший цветок, вокруг которого навсегда воцарились безграничные любовь и счастье. И назвали его люди Аркадией…
В этот зачарованный момент вдруг по всей необитаемой дикой местности раздался протяжный вой. Ребята вышли из оцепенения и начали вертеться по сторонам, не веря, что источник звука настоящий. Подобно слуховому обману, казалось бы, он мог принадлежать только воображению. Но нет. Где-то на востоке, в самой глуши леса, завыли голодные волки. Ослепительный блик луны озарял каменные склоны будто днем, а стаи диких животных энергично подхватывали зов сородичей. На мгновение они перекричали шум поезда и ветра в ушах. С пылающими восторженными глазами путники наблюдали за природным зрелищем и не могли подобрать слов этому прекрасному явлению.
— Я… Я…, — повторял завороженный Кирилл. — Я не видел ничего подобного. Твоя легенда пробудила лес.
Маша не верила в сверхценное значение ее выдуманной сказки, но бесконечно была рада, что Кирилл снова вернулся. Его блеск в глазах сиял здоровьем и жизнью. Щелчок биполярности произошел за считанные секунды.
— Это и правда чудо, — признался Антон, пребывая на вершине экстаза.
— Может быть робот даже сейчас нам что-то отдает, — предположил Кирилл.
— Да, — подтвердила Маша. — Но у него не осталось ничего, кроме вечного счастья.