— L;on, nous devons courir! (пер. с франц.: Леон, надо бежать!)
Одним прикосновением она обезвредила буйвола, и он с заляпанными кровью руками оторвался от жертвы. Всей командой они вышли на улицу.
— Нам туда, в обход! — бросила Марла и рванула левее КПП.
Компания машинально последовала за ней. Осматриваться времени не было и ноги бездумно уносили своих хозяев куда подальше. Казалось, что еще немного и беглецы останутся вне видимости, но тут позади раздался грозный крик. Компания ускорила темп, до деревьев оставалось всего ничего. Но тут случилось непредвиденное: Маша внезапно остановилась. Кирилл чуть не споткнулся от резкого торможения и хотел девушку насильно потащить за собой, но та запрокинула голову и полетела к земле. Парень успел ее подхватить до соприкосновения с асфальтом.
— Маша! Маша!
Девушка затряслась в эпилептическом припадке на руках у парня. Он оглянулся за помощью назад, но троица уже скрылась в кустах. Единственной живой душой поблизости был устремляющийся к ним охранник. Кирилл не обращал на того внимания, он был уже готов смириться с любым исходом. Взяв Машу за руку, он крепко сжал ее ладонь, помогая выбраться из бездны. В какой-то момент он почувствовал толчок в висок. Не удар, а именно толчок. Дубина сокрушила его, но боли не причинила. Кирилл рефлекторно потянулся обратно к Маше, но получил еще один удар. В ушах стоял звон, парень сквозь помутненное сознание осознал, что пистолета в его руках уже нет. Он предпринимал попытки встать, но дубина опять прикладывалась к одному и тому же виску. Когда он почувствовал головокружение и слабость в конечностях, раздался выстрел. Земля уходила из-под ног, Кирилл исполнял странный брейк-данс, чтобы окончательно не упасть без сознания. Раздался еще один выстрел и неразборчивый словесный поток. Кирилл думал, что все происходит лишь в его голове, но экстренность ситуации возвращала ясность сознания, и вскоре перед ним предстала реальная картина происходящего.
Маша качалась с пистолетом в руках над телом охранника. Бездыханный труп истекал кровью, а Маша с выпученными глазами продолжала трястись и воспроизводить какой-то словесный бред. Ни связи, ни смысла в ее лепете расшифровать было невозможно. Девушка просто издавала звуки и слоги, не имеющие значения. Кирилл потянулся рукой к Маше, но девушка в неадекватном и неконтролируемом аффекте отскочила в сторону.
— Маш, — с трудом произнес Кирилл, понимая, что головная боль раскалывает череп при любом действии, — это я… Я…
Девушка какое-то время продолжала отстраняться, но затем сумерки отступили и в глазах блеснуло понимание. Маша опустила пистолет и недоуменно захлопала ресницами. Кирилл обогнул труп охранника и решительно заявил:
— Надо бежать… Нас убьют …
Девушка, не вымолвив ни слова, медленно начала отступать от места убийства, а затем развернулась и послушно вместе с Кириллом побежала в лес. Скоро их закрыли собой деревья. Парочка бежала, куда глаза глядят. Маша пребывала еще в остаточном притуплении, а Кирилл претерпевал адские боли. Глаза заливались сочащейся кровью, Кирилл вытирал ее рукавом пижамы. Проскочила неуместная забавная мысль в голове, что они снова совершили переполох и снова убегают через лес. За верхушками деревьев мелькали дома. Вскоре на парочку наткнулся разыскивающий их перепуганный Антон.
— Что случилось?! Куда вы пропали?! О боже, сколько у тебя крови…
— Надо уходить, — сухими синими губами промямлил Кирилл.
Антон подхватил товарища и изменил вектор направления. Он не подозревал, что стряслось с его друзьями, но хотел быстрее убраться оттуда. После обрывистого спуска команда оказалась у обочины асфальтированной дороги, где их ждала машина.
— Откуда … откуда…, — тыкал пальцем Кирилл в тачку.
— Я еще и профессиональная угонщица, милый мой, — героически праздновала Марла качественный побег. — А тебе бы в больничку…
— Нет… Давайте уедем отсюда…
Маша уселась первой на заднее сиденье и приняла у Антона избитого калеку. Антон обошел сзади машину и уселся рядом. Марла победоносным прищуром обвела округу. Выкинув дымящийся окурок, она с оживленным оскалом уселась за руль.
— Ну что, пупсики, свобода! Великий и ужасный Париж ждет нас! — энтузиазм лился рекой.
Марла дала по газам, и машина слилась с общим потоком. Она открыла окно и высунула свое счастливое лицо на всеобщее любование. Леон сидел рядом и с той же дисциплинированной кротостью пожимал кулаки, покрытые засохшей чужой кровью. Антон то с волнением смотрел на Кирилла, то оглядывался назад, боясь столкнуться с погоней. Маша обеспокоено искала в рюкзаке медикаменты. Наконец она достала бинт с перекисью и сымпровизировала обработку раны.