— Пойдем к ребятам, — с изнеможенным притворством в голосе ласково попросила она.
Кирилл угрюмо кивнул, и они направились на палубу. Хотелось произнести что-то ободряющее, но ничего не приходило в голову, переполненную истязающими мыслями. Не получилось переключиться даже в компании вечных весельчаков. Ребята лишь дошли до компании и просто уселись молча рядом. Яха взглянул на гостей, но не стал настаивать на болтовне своим необременительным настроем. Он проницательно прочитал по лицам о настигнувшей беде. Разузнавать детали он посчитал некорректным. У каждого внутри таятся свои демоны, но каждого можно было одолеть одним оружием.
— Знаете, родные, что лечит мне душу? — без какого-либо намека внезапно обратился к ребятам Яха.
— Тусовки и секс? — предположили девушки, лежа на его разведенных руках.
— Этим я живу. А успокаивает меня исключительно одна вещь…
Кирилл выглядел разбитым и ничего не хотел. Страх пожирал его все больше с каждой секундой. Маша хотела убежать и где-то скрыться. Яха расплылся в предвкушающей улыбке:
— А теперь внемлите…
Пират отыскал на своем телефоне нужный трек и одним нажатием пальца подключился к колонке. Из динамика не последовало привычной и характерной для пирата динамичной музыки. Началась молитва. Неизвестно, на каком-языке осуществлялось религиозное песнопение, но больше это походило на арабские псалмы. Воображению представлялись древние пирамиды и обширная пустыня. Капитан прибавил громкости на максимум и молча прилег, обратив лицо к небесам.
— В притупленные мозги врывается истинное…
Монотонное мычание из колонки сменялось короткими речитативами. Перевода никто не знал, но каждый чувствовал, что божий слуга поет о прекрасном и вечном. Внутренний покой и необъемлемая красота заполнили душу до краев. Все стало незначительным и возможным. Уютным и многогранным. Словно птицы воспарили своим воздушным существом над мыслями, тяготами и страстями. Внутренняя благодать, пробужденная музыкой, окрыляла. Благодарность и всевышняя милость прятала под своим теплом, согревала и ободряла. Казалось, что все возможно, потому что не так важно. Все будет хорошо, ведь можно просто любить. Он пел однообразно, но отчетливо и понятно. Он будто считывал извечные догмы с души каждого человека, занесенные туда когда-то самим богом. Его молитва превращалась в вечность. Обыкновенность придавала сил. Незачем было что-то доказывать и препятствовать. Каждый становился тем, кто он есть или когда-то был.
— Однажды, — присоединилась сладким умиротворяющим голосом Маша с закрытыми глазами к молитве, — жила на свете одна собака, которая умела улыбаться. Ее хозяином был капитан дальнего плавания, и поэтому с самых ранних лет собака больше всего на свете любила воду. Где бы она ее ни находила, сразу же счастливо бросалась плавать. Окружающие заметили, что в те моменты, не способное на ярко выраженные эмоции примитивное животное улыбалось прямо как человек. Так они и жили с капитаном. Отправлялись в кругосветные путешествия, открывали новые земли и всем сердцем любили океан. Не сыскать было более преданных и верных друзей, чем собака и капитан. Но однажды их корабль угодил в шторм и потерпел крушение. Весь экипаж погиб, кроме собаки. Ее отнесло к берегу необитаемого острова. Остров оказался очень живописным. Его джунгли, водопады и пляжи были невообразимой красоты. Собака оклемалась и изведала остров. Она прыгала радостно в воду со скал, плавала среди разноцветных рыб, бегала по песочному побережью и ждала хозяина. Каждый вечер собака возвращалась на одну и ту же точку и выглядывала место крушения, надеясь увидеть своего хозяина живым и наконец показать ему чудесный остров, который ему бы точно полюбился. В джунглях собака нашла кости, которые были человеческими останками. Собака не понимала, откуда они, и ничего не заподозрила. Тайна острова была таковой, что долгие годы на его территории пираты проводили страшные казни и сражения за сокровища. Очень много плохого пришлось повидать острову, пока вскоре он не начал в определенный срок пожирать самого себя. Происходила химическая реакция, в ходе которой все органическое, находящееся в данный момент на острове, погибало. Остров сжигал накопившееся зло, обновлялся и через некоторое время возрождался из пепла подобно фениксу. Природа оставалась такой же девственной и живой, а зло оставалось внутри убийцы. Так продолжалось долгое время, и остров поглотил столько ненависти и алчности, что сам потерял контроль. По итогу он действовал лишь по четкому механизму. Он убивал всех без разбора. Хороших и плохих. Правых и неправых. Всех путников, волей судьбы заброшенных на остров. Так случилось и с собакой. Она отправилась в рай к своему любимому хозяину. Но и на земле произошло чудо. В сердце собаки не было зла и в нутро острова, омраченное горьким опытом, угодили добро и любовь. Он увидел воспоминания животного: как она любила плавать, жить и играться с хозяином. Светом одной души вся накопившаяся тьма рассеялась. Остров прекратил самоуничтожение и убийства. Он стал больше, плодороднее и еще красивее. На нем поселились люди, которые больше всего на свете любили купаться в океане и улыбаться. Они построили самый огромный в мире аквапарк. Там никогда больше не совершалось зла. Место порождало себе подобных. Каждый в себе носил частичку того абсолютного счастья, которое в себя поглотил остров. И назывался тот остров…