— Жили на свете две кукушки… Каждый раз так получалось, что они свою жизнь начинали в одиночестве… Совершенно никого не было в гнезде, кроме них… Ни родителей, ни братьев, ни сестер… Но каким-то волшебным чутьем они верили, что нужно покинуть гнездо и лететь вдаль… С разных концов земного шара они отправлялись друг к другу навстречу… Две кукушки не знали о существовании друг друга, но их притягивало невидимой силой… Они не сомневались, не сдавались и продолжали свой поиск… Если судьба была благосклонна, то кукушки встречались и вместе проводили остаток жизни… А если кто-то из них пропадал без вести, то вторая кукушка надеялась, что обязательно отыщет вторую в следующей жизни… Да… Так и происходило… Даже если одна кукушка погибала, то вторая умирала следом, чтобы скорее все начать по новой… В следующей жизни все повторялось, и кукушки из разных точек пространства отправлялись навстречу друг другу, и вне зависимости от внешних обстоятельств и финала жертвовали своим временем лишь ради одной цели… Они верили, что обязательно встретятся в следующей жизни и там успеют пережить больше счастья и любви, чем в предыдущей… Так обычные кукушки сотворили свой собственный мир и свою независимую от реальности вечность…
С перерывами и оговорками Маша закончила сказку. У Кирилла выступили на глазах слезы. Он смотрел в ее глаза и хотел спрятаться в них навсегда. Он мечтал лишь о том, чтобы Маша не оставила его одного и взяла с собой в свою пустоту.
5.
Кирилл старался быть начеку, но изнеможенный мозг сыграл с ним злую шутку и отключился в самый неподходящий момент. Когда парень резко пробудился, то в оцепенении осознал, что лежит головой на пустой кровати. Он вскочил со стула и никого не обнаружил в темной палате, кроме отсоединенной капельницы.
За окном стояла ночь. Маши рядом не было. Кирилл в панике забегал взад-вперед, а затем, подключив здравомыслие, схватил машинально книгу и выбежал в коридор. У стойки старшей медсестры горела лампочка, но в самом отделении не оказалось ни одной живой души. Парень бросил взгляд в противоположную сторону и заметил подозрительно не закрытую входную дверь. Интуиция подсказала ему путь, и он бросился сломя голову на поиски.
Парень не мог предположить, как Маше удалось подняться, и что вообще произошло за те считанные секунды, пока он спал. Парень ненавидел себя за свою оплошность, но для самобичевания не было времени. Всю сознательную деятельность он направил на погоню за любимым человеком. Дверь вела с последнего этажа на общую лестницу, но Кирилл затормозил и не побежал вниз. Он проницательным взором посмотрел на продолжение лестницы, ведущей к крыше. Необходимо было исключить самые опасные варианты, поэтому он начал перепрыгивать ступени широкими шагами и уперся в дверь, старый замок которой валялся в стороне. Со сбитым дыханием он толкнул вперед заключительное препятствие. Глазам открылось пространство крыши, убаюканное ночным чужим небом.
Кирилл выбежал на влажное шершавое покрытие и совершил быстрый поворот вокруг своей оси. Взгляд сразу уловил замерший силуэт на краю крыши. Сердце словно ушло в пятки. Кирилл бросился, что есть мочи, к девушке с криком:
— Маша, стой! Маша, нет!
Девушка вросла босыми ногами в карниз и разглядывала ослепляющий мегаполис.
— Маша! Нет!
Кирилл подбежал, но бдительно притормозил на безопасном расстоянии, чтобы случайно не навредить. Маша стояла к нему спиной и не двигалась.
— Машуль… Пожалуйста… Слезай… Не надо…
Грудная клетка ходила ходуном. Ноги подкашивались. Хотелось завыть от безысходности. Кирилл впервые за долгое время почувствовал себя беззащитным.