— Как же уснуть без музыки.
Кирилл прислушался, распознавая в звучании не приглашенную для торжественного мероприятия группу, а союз самобытного местного происхождения.
— У меня чувство, что я знаю этот стиль, — с ехидным огоньком в глазах заявил Кирилл.
— Тогда пора узнать, кто же эти нарушители покоя.
Ориентируясь по звуку, парень с девушкой направились в сторону Ленинградского шоссе. Чем отчетливее доносились гитарные ноты, тем меньше сомнений оставалось у Кирилла. Прямо под мостом, по которому проходила дорога, перебивала шум проезжей части компания музыкантов. Один выступал в роли вокалиста, другой орудовал гитарой, третий занимался бубном. Кирилл мгновенно сосредоточил взгляд на третьем, в котором признал старого приятеля.
— Это ж Цыган! — воскликнул Кирилл.
— Ну такое я где хочешь увижу, — отозвалась Маша.
— Да не! Это мой друг… Вон, за бубном сидит…
Радости от встречи не было предела. Кирилл по-настоящему сиял от неожиданной приятности в столь неформальной обстановке. Маша пригляделась:
— Они у тебя все что ли музыканты?
— Да уж! — подтвердил Кирилл. — При мне такой херни не было… Совсем без меня от рук отбились…
Девушка рассмеялась и направилась следом за спешившим вперед Кириллом. Тот без намека на скромность перешёл границы дистанции зрителя и артиста и приземлился прямо на асфальт к Цыгану, сидевшему на своей кофте. Тот испуганно обернулся от резкого нападения и выкатил глаза уже от изумления. Перед ним оказался его старый товарищ.
— Ямайка… О-о-о-о… Я, наверное, родился в майке…, — пародийно заверещал Кирилл, подпевая голосу вокалиста.
Цыган созерцал взявшееся ниоткуда чудо света. Кирилл дружески положил ему руку на плечо и кивками головы призывал его продолжать играть. Дробь бубна вернулась к общему выступлению, и вот уже все четверо молодых ребят исполняли для проходящих мимо зевак трибьют на известное регги.
— Ты что здесь делаешь, Кирилл? — с характерным для Цыгана рационализмом перешёл тот к главному вопросу по завершении песни.
Кирилл одним прыжком встал на ноги и начал плясать импровизированный танец свободы.
— Получаю непередаваемое удовольствие от пребывания здесь и сейчас, — группа наблюдала за раскованным поведением парня. — Мы с Машей сбежали из психушки и теперь у нас нет других планов и вариантов на жизнь.
Цыган с каменным лицом принял информацию и одобрительно моргнул, что являлось высшим проявлением его эмоций и чувств.
— Всё ясно. Очень рад за тебя, мой друг. Надеюсь, ты с нами надолго, — затем он приподнялся и деликатно протянул руку девушке, — приятно познакомиться!
— Весьма взаимно, — ответила равнозначно Маша на порядочное воспитание нового знакомого.
— Как минимум, эту ночь я с радостью проведу рядом с тобой под этим мостом, — откликнулся Кирилл, — стану единым целым с музыкой и уличным образом жизни.
Снова вербальный знак благосклонности, который Кирилл научился отличать за долгие годы от обычного равнодушного настроения Цыгана.
— Знакомьтесь, это мои коллеги — Макс и Федя. Макс родом из Норильска, он совсем недавно приехал учиться. А с Федей мы учились в одном классе…
Ребята улыбнулись на обстоятельность общего друга и поприветствовали парочку.
— Если хотите выпить, то у нас есть водка и сок, — дружелюбно предложили они.
— У нас вот пока вино, — продемонстрировала Маша, — вы тоже угощайтесь.
— Панки запивают водку только пивом! — заявил в новом приливе энергии Кирилл. — Где там мой «гараж»!
После этих героических слов он открыл бутылку пива и отхлебнул водки. Крепкий напиток обжег нутро и заставил сморщиться от отвращения не только Кирилла, но и Машу. Парень понизил градус пивом и со слезами на глазах беспомощно взглянул на девушку.
— Ничего, Кирюша, — подыграла она, — просто за полгода немножко организм отвык. Совсем скоро снова станешь самым безбашенным панком!
Музыканты посмеялись и выпили за компанию. Затем они с надлежащей ответственностью вернулись за инструменты, откладывая каламбуры в сторону. В метре от них лежал гитарный чехол, в котором уже собралась приличная сумма пожертвований.
— Что для вас сыграть? — поинтересовался Цыган.
Кирилл взглянул на Машу, предоставляя ей сделать выбор.
— А можно всё, что угодно? — спохватилась она.
— Конечно.
— Тогда… «Воспоминания о былой любви» знаете?