Чтоб не буйствовала, ей сделали укол, из-за которого она обмякла. Санитары ее унесли, но она видела лицо мужа, когда ее запихивали в машину скорой помощи. Степа смотрел на нее с заботой, с любовью… Смотрел на нее так, что нет сомнений – вера только ему, не ей.
Часть 1. Глава 15
На следующий день Степан действительно принес фрукты. Ее любимые мандарины, бананы, даже ананас притащил. Ему хотелось, чтоб у нее было все, чтоб она ни в чем не нуждалась. При этом он убедительно говорил:
- Солнышко, ты не обращала внимания за собой, но у тебя часто бывают перепады настроения. Ты то агрессивная, то милая. Зацикливаешься на чем-то одном и не можешь отпустить, забываешься. А твоя мания все вокруг убирать или вредить себе? Не забудь еще и про это, моя хорошая. В общем, врач поставил тебе диагноз – обсессивно-компульсивное расстройство, его еще сокращают до ОКР. В общем, ты лечись спокойно, не волнуйся ни о чем. Внимательна будь к себе и к лекарствам, которые тебе дают, хорошо? Даже записывай их, чтобы, когда тебя выпишут, я в случае чего знал, чем тебя лечить. Помни самое главное, котенок, я очень тебя люблю, и буду навещать тебя каждый день!
И каждый день Лена горько плакала от бессилия, потому что чтобы она не говорила – ей никто не верит. Ни одному ее слову – никто не верит. Чтобы выбраться из больницы, ей пришлось со всеми начать соглашаться. Не сразу, но она сообразила, что только так сможет вернуться домой.
И она соглашалась, смирилась, молчала, не спорила больше ни с кем. Пила таблетки, что ей давали, послушно. Они действовали на нее плохо, делали ее заторможенной, и все же Лена вела себя как прилежная пациентка. А еще как хорошая послушная жена – о чем бы муж ни просил, она делала.
Спустя два месяца ей позволили выписаться из больницы, муж забрал ее домой, и внимательно изучал выписки из больницы. Все лекарства, которые для нее выписали, он честно купил – самое лучшее, не поскупился, вот только принимал их сам.
И только в этот момент до Лены дошло самое грустное: успешный майор Фирсонов не может болеть, тем более чем-то таким как ОКР. Ему нужна помощь, но сам обратиться за ней он не может. С помощью Журавлева и того неизвестного милиционера он обманул санитаров и спас свою репутацию, а вот с помощью своей жены он раздобыл себе рецепты врача от недуга, из-за которого страдает сам. Как продумано…
И как же его стало жаль. Карьеру себе построить смог, а теперь вот так вынужден расплачиваться, лишь бы ничего не потерять. Лене искренне стало его жалко, просто потому что она знала – в душе Степан человек не плохой. Хорошего в нем больше! Она же еще помнила, как он вел себя до их свадьбы, помнила, как трепетно и нежно он ухаживал за ней. Она не сомневалась в его любви. Просто вся проблема в том, что Степан открыто не может просить о помощи. А скажи он ей правду о себе с самого начала, чтобы она сделала?..
Конечно же, отвернулась бы. А теперь он – ее проблема, потому что он ее муж. И Лена не может его бросить в беде даже после всего, что уже случилось. Она подошла к нему ближе, и крепко-крепко обняла со спины. Прижалась к нему, чувствуя, как он накрыл ее руки своими. Погладил ласково…
- Вместе мы справимся, - тихо сказала она.
- Я очень этого хочу, - ответил Степан.
И все могло бы закончиться хорошо, но увы. Им не повезло – его недуг только набирал обороты из-за стрессов на работе, или из-за того, что его подельники требовали слишком много денег за свое молчание. Ни Журавлеву, ни второму – не нравилось просто молчать, а вот за кругленькие суммы другое дело же! А еще срывы у мужа могли произойти просто потому что Лена не могла иной раз вовремя среагировать и как-то не так отвечала, или на его мнение делала что-то не так, как он хотел. Больше всего на свете его раздражали ее мечты. Ее амбиции воспринимались, как попытки сбежать от него, а она ему нужна. Степан не мог ее отпустить. В течении еще нескольких лет Лена превратилась в его домашнюю куколку, которая беспрекословно должна выполнять все о чем бы он не попросил.
Лена и не заметила, не поняла, как до такого докатилась. Но ее уже больше не пугали даже камеры по всей квартире. Мужу хочется следить за ней, знать, что она делает каждую минуту – пусть. Раз муж этого хочет – значит так надо. Точка.
Ей казалось, что хуже все равно уже быть не может, а у нее… у нее нет ничего своего, и без мужа она никто. Уж в это она поверила свято! А потом… когда говоришь себе постоянно, что хуже быть не может, происходит самое страшное: убеждаешься, что всегда – всегда может быть хуже.