— Милый, не смотри таким бирюком! Честное слово, я нисколько не сержусь, все в порядке.
Я получил по шее. Мне был двадцать один год. Но и за это я тоже заплатил.
На свадьбе Ли наша семья была представлена довольно скромно. Доминировала купермановская делегация из Порт-честера: это были, в большинстве своем, образованные, безупречно элегантные люди, хорошие танцоры. Смокинги и вечерние платья оказали отрезвляющее воздействие на шумных Гудкиндов и Левитанов, которыми была тонко прослоена толпа портчестерцев, а также манхэттенских знакомцев моих родителей. Что касается дяди Йегуды, то новообретенные золотые горы омарьих хвостов весьма его укротили. Его седая борода была аккуратно подстрижена, и вел он себя куда менее шумно, чем прежде.
Тем не менее одна заминка таки произошла. Ли еще раньше поклялась, что она ни за какие коврижки не станет во время свадебной церемонии семь раз обходить вокруг Берни, как заведено у евреев с незапамятных времен. Ни за что на свете! Ее убеждали обойти вокруг жениха хотя бы один раз, чтоб не было скандала, но она отказалась и от этого. Она все выложила начистоту папе и маме. Она бросила вызов самому «Зейде», заявив ему, что скорее она пойдет заключать брак к судье, и тогда-то уж ей точно не придется обходить вокруг жениха. И «Зейде» сдался: лучше так, чем позволить Ли выходить замуж у судьи. Честное слово, казалось, что Ли таки одержала победу над вековым обычаем.
Однако в последнюю минуту перед бракосочетанием, уже в комнате для невесты в отеле «Алгонкин», на нее коршуном напустилась тетя Фейга — теперь пышная мать двоих детей. Она напомнила, как в свое время Ли чуть не силком заставила ее семь раз обойти вокруг Бориса. А теперь, кричала Фейга, — теперь она, Фейга, счастлива, что в свое время так легко осчастливила «Зейде». Следующим в игру вступил Святой Джо Гейгер, облаченный в сиреневую мантию и шляпу с помпоном: Ли и Берни пригласили его на свадьбу, потому что когда-то они познакомились друг с другом именно у него в синагоге. Святой Джо Гейгер предложил компромисс: пусть Ли обойдет вокруг Берни всего три раза. Традицию, сказал Святой Джо, следует изменять осторожно и постепенно, а не грубым наскоком. И нот, когда Ли защищалась вкруговую, в комнату вплыла не кто иная, как тетя Роза, самая яростная безбожница в нашей «мишпухе», вся в кружевах, рюшечках и драгоценностях, демонстрировавших новоявленные Йегудины золотые горы омарьих хвостов.
— Ну так вот что я вам скажу, — рявкнула Ли на маму и всех остальных осаждающих. — Как рассудит тетя Роза, так я и сделаю. Идет?
Она изложила тете Розе суть дела.
— Ой, Ли, ведь для того и свадьба устраивается, чтобы на ней всем было хорошо, — сказала тетя Роза. — Уж Бог с ними, обойди семь раз, и дело с концом.
Ли не учла, что богатство оказывает на людей смягчающее действие, и ей пришлось подчиниться. Под хупой она стала обходить вокруг Берни, про себя ругаясь и считая круги. Сделав шесть кругов, она остановилась: теперь ее трактором нельзя было сдвинуть с места. «Зейде» это понял и не моргнув глазом, как ни в чем не бывало, продолжал церемонию. Ли до сих пор всем рассказывает, что она была единственной невестой во всей нашей семье, добившейся того, чтобы на свадьбе не обходить семь раз вокруг своего жениха. Это, конечно, правда; только Ли не упоминает о том, что шесть-то раз она вокруг него все-таки обошла. Я тоже об этом помалкиваю.
Свадьба состоялась в воскресенье, а по воскресеньям в «Зимнем саду» не было спектаклей, и, пока свадьба шла, у Бобби было полно времени, чтобы представлять себе своего Ноэла Хемингуэя в цилиндре, фраке и белом галстуке среди трехсот элегантных гостей в отеле «Алгонкин», пока она мыла и укладывала волосы, стирала белье и читала на сон грядущий рассказы Джеймса Тэрбера в маленькой квартирке, где она жила со своей матерью, на верхнем этаже старого многоквартирного дома на 95-й улице.
На следующий день я сидел вечером в «Апрельском доме», следя за светящимися часами на небоскребе «Парамаунт». В десять минут двенадцатого зазвонил телефон.
— Привет, милый! — зазвенел в трубке знакомый голос. — Я помираю от голода! Давай встретимся в ресторане «Золотой рог».
— Дорогая, — сказал я, — ведь сегодня же понедельник.
— Я знаю, что сегодня понедельник. — В ее голосе послышались серьезные нотки. — У меня есть новость. Нужно поговорить.
Под сияющим дворцом неожиданно зазыбился песок.
— А в чем дело?