В класс, на урок защиты от проклятий я входил бодрой походкой уверенного в себе человека. Ментальный дух, так помогший мне отразить направленную в мою сторону ментальную атаку, получив свою плату в виде почти полного моего резерва маны, вернулся обратно к себе, на свой план. И Вязникова с Митрохиной тоже не опоздали ни на минутку, вплыли в помещение класса, словно павы, как ни в чем не бывало. Вот и замечательно! Будем с двух сторон дружно делать вид, что совершенно ничего необычного между нами в этот день не случилось.
Часть 1
Глава 8
После окончания уроков я никуда в этот день не заходил, прямой наводкой в свою комнату прибежал. Но к намеченному исследованию Васькиного артефакта приступил все же далеко не сразу. Сначала решил по-быстренькому переделать все домашние задания, заданные нам учителями на следующий день. Ну, просто, чтобы потом на них не отвлекаться.
И вот… неслышимые никакому постороннему уху фанфары. Настало время разобраться с поделкой ученика персидского архимагистра. Я вновь уселся за единственный в нашей комнате стол, положив перед собой чистый лист бумаги и писчие принадлежности, активизировал у себя магическое зрение и принялся осторожно разбирать стопку из четырех скрученных слегка позеленевшими от времени бронзовыми винтиками металлических пластинок. Как я и ожидал, магические печати оказались выгравированы на этих самых пластинках на внутренних их поверхностях. А выгравированные канавки еще и какой-то полупрозрачной красноватой эмалью залиты. Может, именно в составе этой эмали и состоит весь секрет данного артефакта? Теперь бы еще хотя бы вчерне, на уровне блоков, разобраться, где тут у нас что…. Впрочем, сразу же можно сделать закономерный вывод, что та пластина, к наружной стороне которой присоединяется зажим с вложенным в него граненым плоским квадратным камнем, наверняка отвечает за энергетику. Кстати сказать, камень — это не рубин, не изумруд и не сапфир, их я, пусть и с некоторыми сомнениями, но опознал бы. Какой-то неизвестный мне прозрачный, с розовато-сиреневым отливом.
Отложив в сторону вроде как опознанную мной часть магического конструкта, ее я тоже зарисую, но потом, я перешел к следующей пластине. Передо мной же перво-наперво стоит задача скопировать для себя магические печати, использованные персидским магом для создания пространственного хранилища….
— Сашка! Сашка! Очнись! — В себя я пришел от энергичных потряхиваний моей тушки со стороны Андрюхи Скворцова.
— Все в порядке… не надо меня трясти… — пробормотал я непослушными губами. Что ж у меня вдруг слабость то такая?…Вполне узнаваемая слабость. Именно такая бывает после излишне увлеченной отработки сложных магических заклинаний. Магическое истощение. Еще и ментальный дух с чего-то обнаружился присоединенным к моему ментальному телу. Чертыхнувшись (про себя, шевелить челюстью для разговора было по-прежнему тяжело), прогнал духа обратно на его план. Теперь бы еще как-то разобраться с причиной этого моего непонятного состояния.
— Андрей… — начал разбираться с вопросом, — я ничего не понял, что вообще произошло?
— Так я и сам тоже этого не понял, — ответил мне мой товарищ. — Ты разложился на столе, собираясь зарисовывать печати Васькиного артефакта, и так и замер. И взгляд остекленелый. Я позвал тебя — а ты не отвечаешь. Ну, я и принялся тебя тормошить.
Больше в этот день я к артефакту не лез. Наскоро только скидал все разложенное на столе в ящик и закинул в шкаф, к себе на полку. Все же стол у нас в комнате один на всех, не по-товарищески его в одиночку на весь вечер занимать.
Определенно, это защита артефакта меня приложила. Судя по всему, основанная на ментальной магии. Мне еще просто несказанно повезло, что за это свое исследование я уселся не в одиночестве, Скворцов успел в самый последний момент меня в себя привести. И еще раз, и ничуть не меньше, повезло с отработанными действиями с моим контактным ментальным духом: при первых же признаках ментальной атаки он пришел на помощь, и, хоть и вытянул в процессе ее отражения весь мой магический резерв до донышка, но все же целостность моего разума отстоял. Интересно, а что бы со мной было, если бы не дух? Или Андрюха Скворцов запоздал, и запас моей маны оказался недостаточным? Крепости оболочки моего ментального тела для противостояния данной ментальной атаке тут явно не хватало. Наверняка, там для внедрения в мой разум уже была заготовлена какая-то гадостная команда, типа того же нестерпимого желания разбить свою тупую голову об стену, или, скажем, обуявшего вдруг желания полетать с верхушки вокзальной башни.