Едва перевел свой взгляд в указанном направлении,…не то, чтобы сердце в пятки упало, но определенно застучало оно вдвое чаще. Костяная гончая, мощный костяной конструкт размером с хорошего такого быка, даже при солнечном свете вполне отчетливо полыхающая зелеными отсветами, прокатывающимися волнами по широко распахнутой пасти, даже и полноценного мастера боевой магии вполне себе поволноваться заставит. Тем более, если она уже преодолела половину расстояния от ближайших зарослей до его нежной тушки.
И все же Буривой не зря столько лет ходил во главе археологической экспедиции по местам, куда иные из аристократов даже во главе полноценной дружины не очень-то и отваживались соваться.
— Зажмурьтесь! Свет! — Предупреждающе заголосил он, и уже в следующую секунду по моим глазам с грохотом резанула мощнейшая вспышка. Угу, каюсь, предупреждение то я услышал, но вот с выполнением поданной команды немного промедлил.
Когда я все-таки проморгался и смог взглянуть на поле боя своими глазами, бой там по-прежнему был в самом разгаре. Точнее, несмотря на то, что первая из увиденных мной костяных гончих уже послушно валялась в виде россыпи рассеянных по траве костей, нас атаковали сразу уже целых три точно таких же страхилатины. Почти три. Одна из них, тоже, очевидно, попавшая под вспышку высокоуровневого заклинания магии света, к которому все порождения некромантии имеют заметную уязвимость, плелась в хвосте у своих целых товарок, довольно бодро, но не очень быстро ковыляя на трех еще сохранившихся у нее лапах.
Впрочем, все эти, описанные мной подробности, на самом деле, я полноценно осознал уже постфактум, а пока лихорадочно шарил по плечу в попытке нащупать ремень висевшего там метателя. И таки нащупал и тем же самым движением сбросил, нацеливая уже заряженное оружие в сторону приблизившейся едва ли не вплотную гончей. И снова заклинание пространства, записанное на заряженный в метатель дорогостоящий артефакт, оказалось вполне эффективным. В этот раз, правда, исчезла не голова мертвого монстра, а кости его грудной клетки, так что передние лапы, лишившиеся поддержки просто отпали от основной массы костяка, но, самое главное, один из крайне плохо уничтожимых монстров был обездвижен.
А вот следующая буквально за своей товаркой еще одна костяная гончая смогла приблизиться к нашему отряду почти совершенно без повреждений. И, похоже, в качестве своей первоочередной цели выбрала моего отца. Или, точнее, это он сам ее выбрал, выскочив из той кучки, в которую мы все сбились, на несколько шагов вперед.
— О-У-У-У!!! — Издал мой родитель крик, который, казалось, не могло произнести человеческое горло. Аж поджилки от этого крика затряслись. И не у меня одного. Одна из наших лошадей вообще, вырвав повод, с громким паническим ржанием умчалась куда-то прочь, остальные четыре лошади, хоть их и удержали их сопровождающие, вставали на дыбы и ржали не менее громко. Но, самое главное, этот крик оказал воздействие и на атакующую гончую! Немертвое костяное чудовище внезапно припало к земле, замотало огромной, шипастой башкой и вдруг, по широкой дуге, припустило примерно в те же края, куда усвистала за пару мгновений перед этим наша лошадь.…И пусть после этого хоть кто-нибудь попробует мне сказать, что магия звука мало применима в боевых условиях!
Последнюю костяную гончую — трехлапого инвалида мы добивали совместно всем отрядом. Прозвучавший вразнобой залп из перезаряженных ружей расколол несколько костей немертвого чудища, окончательно сбавив его скорость до скорости продвигающейся неспешной походкой колченогой старухи. Точку в этом отрезке сражения поставил чуточку восстановившийся после применения им магии света Буривой. Еще одно его заклинание из арсенала магии света, на этот раз исполненное в виде узкого, как клинок рапиры, луча, вонзилась покалеченному монстру в загривок и окончательно сшибла того с лап.
— Ура-а! — Раздались нестройные крики спасшихся от мучительной смерти наших дружинников. — Ура! — Заорал вслед им и я сам.
— … А-а-а!.. — Несмело попыталось подхватить эти крики эхо и смолкло, как моментально умолкли мы сами: из все тех же зарослей, откуда нас атаковали первые четыре чудовища, в нашем направлении выметнулась еще одна четверка костяных монстров.
К чести бойцов нашего отряда, ни один из них не побежал, хотя шансы спастись, добежав впереди всех прочих до ворот Ратиборска у них были. Только отец, обернувшись в мою сторону, прокричал: