В 1947 году в селе был организован первый колхоз. Тогда-то Саеджиу и выплыл на поверхность: «могу быть счетоводом».
— Нельзя сказать, что он плохо работает, — заканчивает Оня свой рассказ. — И все-таки не по нутру мне этот человек.
Но почему же? Оня пожимает плечами: не по нутру — и все тут.
Начинает смеркаться. Медленно поднимается полная бледная луна. В лиловом тумане сумерек слабо мерцают звезды. У одного из шалашей из большого чугуна валит пар. Здесь собираются колхозники, трактористы. Вот мимо проходит девушка в комбинезоне. Она поет песню, и ее сильный голос наполняет собой долину. Хотя слова доходят до меня не совсем отчетливо, я все-таки улавливаю, что в песне поется о парне с волосами, черными, как вороново крыло, который победил дракона Гитлера. Витязь вернулся домой, колхоз прославляет его, и теперь он выбирает себе невесту.
Уже больше часа работаем мы с Горцей над газетой. Материала хоть отбавляй. У каждого колхозника, у каждого тракториста есть, что порассказать. Некоторые даже сами написали заметки. Остается только отредактировать их. Горця рисует. Я читаю собравшимся очерк из «Правды» о Куйбышевской ГЭС. В этом очерке рассказывается о строительстве станции и описывается, как она будет выглядеть через пять лет. Перед нашими глазами возникают города, утопающие в электрическом свете. Бескрайние, насыщенные влагой поля. Море склонившихся до земли тяжелых золотистых колосьев…
— Вот бы и у нас такое сделать, право слово!.. — вслух мечтает Оня Патриники. — У нас, во Флоренах.
— Ха-ха, — смеется Андроник Ника. — На нашем Реутушке?
— А что, думаешь, нельзя? — возражают ему несколько голосов.
Горця приносит нашу полевую газету и прикрепляет ее к дереву около шалаша. Все бросаются к ней. Большая карикатура в центре и несколько заметок, написанных карандашом, неровным, детским почерком.
Митря Пасэре, пожилой человек с коротко остриженной бородой, читает выведенный крупными буквами заголовок: «Паши так, как пашет дядя Митря!» Усмехнувшись в бороду, он смущенно и недовольно отходит: не для того, мол, хорошо работаю, чтобы меня в газете похвалили.
Карикатура, нарисованная Гордей, очень наивна. На ней изображен человек с большим носом, похожим па грушу. Он держится за хвост лошади, а изо рта у него трубочкой вылетают вздохи: ох, ох, ох!
Андроник Ника сразу узнал себя и очень рассердился на художника.
— Ишь ты, новые порядки завелись: яйца курицу учат! Мал еще больно, молоко на губах не обсохло! — возмущается он.
— А ты присмотрись получше, Андроник, зеркало тебе уж и не нужно, — смеются колхозники. — Что, брат, кусается критика?
Уже совсем стемнело. Колхозники и трактористы молча ужинают за длинными столами. Мы с Оней стоим в стороне и разговариваем о его бригаде.
— Земля у нас в Царалунге черная, жирная, но ведь почти каждый год засухи, — жалуется Оня. — Дожди, словно нарочно, обходят ее. Иногда только чуть-чуть поморосит. А в это же время в других местах, почти рядом, такая грязь, что колеса до ступиц увязают.
— Приятного аппетита! — раздается голос за моей спиной.
Это Иванов, начальник политотдела МТС. А я и не заметил, когда он здесь появился. Многие встают из-за стола, окружают его.
— Товарищ Иванов!
— Тимофей Андреевич приехал!
— Ужинайте, ужинайте, товарищи! А вы почему не садитесь за стол, Степан Антонович? Заговорились с Патриники? Чей это мальчик? — смотрит он на Горцю.
Я рассказываю ему, зачем привел сюда своего ученика. Газета нравится Иванову.
— Вот это хорошо. Критиковать надо побольше. Но для тебя, мальчуган, главное дело это все-таки — школа.
С приходом начальника политотдела все оживляются, как это обычно бывает, когда появляется уважаемый и любимый человек. Даже про усталость в его присутствии забываешь. Если ты закусываешь, тебе обязательно хочется и его угостить. Когда он встает, и тебе уж как будто сидеть незачем. А случись у тебя неприятность, от его доброго слова тебе сразу становится легче.
Колхозники почти силой усаживают Иванова за стол, наливают ему борща. Каждому хочется о чем-нибудь спросить его или же что-то рассказать. Со всех сторон раздается: «товарищ Иванов», «Тимофей Андреевич!»
— Моя дочка работает учительницей, в Кишиневе. Пишет, что выходит замуж за аспиранта. Что это такое — аспирант, товарищ Иванов?