Выбрать главу

Верона и Кирилл быстро облачившись в найденные попавшиеся по размеру хиджабы хранящиеся в комнате хранения у ворот дворца на случай выхода служанок в город , отправились в город, Верона и Кирилл , влючив браслеты снимали сотни девушек и женщин города, которые в отличие Кирила и Вероны носили более открытые одежды, отсняв достаточное количество материала и сделав необходимые покупки на выделенные страницами деньги, Кирилл и Верона вернулись во дворец, периодически Верона отсылала короткие сообщения и отснятые материалы Милолике, девочка была в восторге от результатов их разведки, но потораливала их обратно, не смотря на экономное расходование заряда браслета, они все же уже садились, попав обратно во дворец и проскользнув обратно в свою кладовку к двум связанным и оставленным ими служанкам , Кирилл и Верона обнаружили двух очнувшихся женщин с ужасом и недоумением в глазах, они явно пытались освободишься за время отсутствия Кирилла и Вероны, но Кирилл прекрасно владел мастерством плетения узлов , и женщины лишь беспомощно приглушённо мычали в завязанные им кляпы во рту , не имея возможности освободиться от пут.

Подумав, Кирилл и Верона решили взять плениц с собой как явное доказательство страны Парадиз, тихо рассказав служанкам кто они и зачем пробрались сюда Верона, пообещала им служанкам полную безопасность и неприкосновенность в случае их содействия и солидную награду за помощь , служанки подумав над предложением Вероны , согласно кивнули.

Верона осторожно вытащила их кляпы изо рта , первая служанка представилась Сэрой, вторая Миртой, обе пообещали вести себя тихо и помочь Вероне и Кириллу пробраться обратно в кабинет Великого императора Никитура. Как поняла Верона по изможденным, со следами многочисленных побоев на своих телах , здешним служанкам было тяжело здесь существовать и они готовы были рискнуть и довериться двум шпионам для лучшей жизни в их стране.

Все четверо переодевшись в свои первоначальные одежды незаметно вышли из кладовки и оправились к кабинету императора, уже вечерело, но император как назло был в своем кабинете, двое стражниц стояло у входа , даже если Кирилл оглушит этих стражниц , император все равно заметит их и поднимет шум, а служанкам и шпионам было крайне важно незаметно покинуть дворец. Сэра , взглянув на ближайшую к кабинету гипсовую статую императора , быстро обернулась к Вероне:

- Я отвлеку внимание, но у вас будет очень мало времени, поторопитесь , бегите и пообещайте что позаботьтесь о моей младшей сестре Мирте, она заслуживает лучшей жизни -

Сэра ласково взглянула на опешившую от её слов младшую сестру, и быстро пока её никто не успел остановить, выскочила из-за укрытия и побежала к дверям кабинета, на ходу крича от ужаса" - Крыса ! Я увидела крысу! " - подбежав к статуе императора Сэра якобы случайно задела хрупкую статую и она упав разлетелась на куски , стражницы с криками осуждения и гнева бросились к Сэре, и стали её избивать за неосторожность на шум из кабинета вышел встревоженный император, увидев , что его статуя разбита , он с негодованием присоединился к избиению Сэры, все трое полностью переключили свое время на Сэру, глотающая слёзы боли Мирта и её спутники поняли , что это их единственная возможность незаметно проскочить в кабинет императора к тайному ходу, и покинув свое укрытие стремительно побежали к кабинету, окровавленная и избиваемая Сэра , заметив их передвижение, тут же попыталась отползти подальше от входа, и ей удалось немного дальше отодвинуть своих мучителей от двери кабинета, её мучители занятые её избиением не заметили , как за их спинами промелькнули трое, Сэра разбитыми в кровь губами попыталась облегчённо улыбнуться - её смерть за порчу императорского имущества будет не напрасной, она дала шанс своей младшей любимой сестре Мирте на новую жизнь.

Кирилл быстро открыв потайной ход ключом , тут же пропустил туда женщин и шагнул за порог , только убедившись , что их проникновение и побег никто не заметил. В катакомбах , отойдя далеко от потайной двери , Мирта разрыдалась в голос, оплакивая свою старшую сестру Сэру, она прекрасно знала, как император ценил свои изображения - за их порчу всегда следовала смертная казнь, того кто испортил их.