Печенья из духовки были совсем не такие, как в тот раз. Я поставила тарелку на стол и посыпала их ванильной сахарной пудрой.
Мечтатель: почему ты все время бросаешь своего героя? То печенья, то кино, то свидания… Ты в курсе что он летит там один?
РАССКАЗЧИК: нет, он пока летит с теми четырьмя.
Мечтатель: И им всем страшно! Ты уже неделю шатаешься по квартире, ну да, весна нача….
Мечтатель выхватывает из моей руки комиксы, которые я так внимательно изучала последние десять минут.
Он орет и бросает их на диван. Умник и Зануда прибегают на его вопли.
«Разве она не понимает?»- кричит он, - «Что он там один? Остался один?»
----------------------
Корабль летел мима метеоритов и комет, обломков спутников и прочего технологического мусора предшествующих исследовательский кампаний. Он проснулся.
В голове стоял гул, все ужасно болело. Он кашлял и пил. Встать получилось с большим трудом, несколько упражнений для шеи отозвались звонкой болью в затылке.
Корабль был небольшим и ему хватило несколько взмахов руками, чтобы добраться до ближайшего иллюминатора. Звёзды были незнакомые (как и всегда, главное, что они были – хоть что-то в этом мире постоянно).
Он рассматривал огромное темное пятно, завораживающее, поглощающее.. Сколько он так висел в воздухе… Он развернулся к остальным капсулам, чтобы проверить, как там его коллеги.
«О, нет…. Нет! Нет!!» -он кричал беззвучно в своей голове, «Нет!!» Он перемещался в панике между капсулами, надеясь, что ошибся, что это проблемы с восприятием, а возможно и просто сон.
Сколько времени это продолжалось? Минуту, а может, пару часов?
Паника подступала. Его начало тошнить, он отплевывался, пытаясь не задохнуться.
Запиликала тревога. Что бы миссия в миллионы долларов провалилась из-за того, что кого-то стошнило? Нет. Заработала вытяжка, умная автоматика начала с гулом прокачивать кубометры воздуха через фильтры, устраняя угрозу.
Адское молчание кипятило сознание, раскручивая острый психоз. В аптечке были ампулы со стимуляторами, он сделал себе инъекцию и практически сразу уснул.
Во сне из капсул с зеленой жижей поднимался экипаж. С них пластами слезала сероватая кожа и свернувшая кровь трухой разлеталась по кораблю. Они стояли гурьбой и смотрели на него затянувшимися белесой пленкой глазами.
Невыносимая печаль – теперь один. И они не смогут ему помочь, хотя это и было путешествие в один конец, но всё же... только не так…
Один из экипажа опускает голову, второй закрывает глаза ладонью, третий подносит палец к губам, четвертый кладет руку на сердце и ритмично отбивает такт ударов. Гул родившийся из их голосов, нарастает, забивает ему поры, он просыпается с криком и со слезами на глазах.
В течении следующих нескольких дней он просто существует. Кажется, это называется синдром Робинзона, он пытался посмотреть записи, оставленные для экипажа на Земле, понять – что теперь ему делать, какой план?
Но мысли так же быстро исчезали, как и появлялись. В голове был настоящий вакуум.
----------------
Умник читал у меня из-за плеча, и все время хмыкал. А Зануда, рядом со скамейкой, на которой я сидела, разбирал свой мотоцикл. У него не получалось. Он встал, пнул колесо и закурил.
Умник: ты видал, что она написала? Блевал он в невесомости?? Да он бы помер сразу же от удушья!!
Зануда: Дааа…
Умник: Было бы странно если бы в корабле, летящем через сотни световых лет пустоты не было бы предусмотрена защита от неконтролируемого распространения жидкости. Слишком далеко, слишком рискованно, слишком долго ждать ответ.
Зануда: да уж
Умник: да ты не слушаешь меня!
Зануда поднял голову от мотоцикла, и выпустил струю дыма изо рта.
Зануда: да уж
Умник махнул рукой и уткнулся в телефон.
А потом, как будто опомнившись спросил: А как вообще его зовут?
РАССКАЗЧИК: БОГ.
Умник: что за имя то такое? Сама придумала?
РАССКАЗЧИК: нет, увидела сегодня на упаковке чая. Мне понравилось. А что?
Умник: Да не знаю. Бог, Бооооог, странное имя.
-------------------------------
Бог записал первое видео сообщение в журнал полета и отправил на Землю. Ему приходилось перезаписывать его несколько раз, потому что каждый раз, когда речь заходила о экипаже, он начинал плакать. Соленые капли еще несколько часов летали у него перед глазами.
Он отправил капсулы в космос, как только отправил сообщение. Так, он остался по-настоящему один.
«Я остался один» - повторял он, как мантру.
И теперь только в его руках все исследование. Ему предстояло подготовить ракету, которая отправит последнюю запись, когда в скафандре он подлетит к черной дыре в одиночестве. Она должна была, преодолев гравитацию вылететь из нее, по сути, эта ракета была главным изобретением человечества. Потому что главная ценностью по-прежнему оставалась власть. И лозунги: «Мы смогли, мы покорили черную дыру!» были главным посылом миссии.