«Сейчас, сейчас…»
Не успел юноша насладиться нахлынувшим на него ощущением превосходства, как рукоять тесака с треском опустилась на его скулу. Вставший на место мир обрушился на плечи Августа словно мешок камней. Легкость в членах исчезла как будто ее и не было. В ушах зазвенело, в глазах поплыло. Следующий удар пришелся в бедро. Не слишком сильный, тело снова успело среагировать будто само по себе, но время уже шло с нормальной скоростью и полностью избежать удара не получилось.
— Сив!.. — Простонал с трудом сохраняющий равновесие цу Вернстром и попытался поднять неожиданно ставшим очень тяжелым нож. Наемник глумливо расхохотался и начал заносить над головой тесак.
— А ну отвали от него, скотина! — Прорычала прыгнувшая к кантонцу великанша и с треском обрушив обод щита на плечо солдата схватив коротко вякнувшего противника за шею подняла его над землей и встряхнула его словно тряпичную куклу. Вывернувшийся из сломанной, повисшей плетью руки тесак со звоном упал на доски. Солдат захрипел и засучил ногами. Чик-щ-щ-ёлк! С невероятной скоростью для человека подобной комплекции качнувшись в сторону, великанша зарычала и крутанулась вокруг себя. Прижатый ей к груди гармандец булькнул и с удивлением воззрившись на торчащее между ребер оперение арбалетного болта бессильно уронил голову.
— Что за дерьмо! Истерично взвизгнула стриженная и снова заработала воротом своего оружия. — Ханс! Придержи их! Не дай им… Зарычав раненным медведем Сив пинком отправила труп наемника в сторону арбалетчицы и согнувшись словно ромейский атлет — дискобол метнула следом щит. Снаряд ударил женщину в грудь. Снесенная с ног наемница коротко вякнула и запнувшись повалилась в недра стоящего у лавки открытого сундука.
— Гретта! — Заорал никак не могущий проморгаться Ханс и наугад рубанув клинком крест на крест снова закрутился на месте. — На куски порежу! — Перекошенное о боли лицо предводителя наемников было страшно. Кожа покрылась пузырями, волосы продолжали тлеть. На камзоле продолжали лениво плясать язычки пламени. Один глаз бретера побелел, деформировался. Из глазницы на щеку сочилась белая сукровица. Второй — кроваво красный от лопнувших сосудов бешено вращался в глазнице. — Гретта, убей их!
— Сив, он не видит! — Закричал Август и отступил на пару шагов назад перехватывая нож для броска. Если быть искренним, метание острых предметов никогда не было сильной стороной юноши. Если быть искреннем до конца, ему никогда даже и в голову не приходило швырять что-то острое в человека в надежде его убить. Пару раз еще будучи подростком кидал кинжал в стоящий во дворе отцовского замка столб для отработки ударов и все. Но сейчас цу Вернстром понимал — от этого зависит его жизнь. Он прекрасно знал самое любимое развлечение подобной маленькому кантонцу публики — запертые двери трактира, потушенные свечи, заточенные как бритва кинжалы и колокольчик на шее. Даже лишенный зрения бретер оставался серьезным противником.
— Сука. — Будто прочитавший мысли юноши наемник перестал крутиться на месте, безошибочно повернувшись к барону воздел свое оружие над головой, и широко усмехнувшись покрытым источающими сукровицу трещинами обожженным ртом, сделал обманчиво короткий танцующий шаг по направлению к Вернстрому. — Ну давай. Давай… — Острие скьявоны выписывало замысловатые петли и Август невольно попятился.
— Сам, сука… — Пошарив взглядом по сторонам северянка подобрала лежащее на полу копье убитого ударом молота кантонца и не поднимаясь с колен без затей ткнула предводителя наемников в живот. Маленький гармандец булькнул, попытался достать великаншу мечом но не слишком в этом преуспел — северянка уже успела вытащить копье и отпрыгнуть в сторону.
— Шлюха… Жополизка демонская… — Прохрипел кантонец и сделав пару неверных шагов по направлению к великанше поднял свое оружие над головой. Второй, заблокированный скьявонной удар, на противоходе распорол ему в бедро, и фехтовальщик потеряв равновесие отшатнулся к стене. Третий, казалось надежно отраженный длинным клинком выпад ушел в сторону, но видимо ожидавшая чего-то подобного великанша крутанула копьем словно шестом и с рычанием обрушила широкое лезвие на плечо бретера. Маленький наемник застонал, уронил саблю и упал лицом вниз.