Я удивленно посмотрела на старика, неведомым образом прочитавшего мои мысли, но он спокойно поманил за собой. Мы прошли по улице и зашли в избушку. На кухне Казимир поставил передо мной тарелку с пирогами и глиняную кружку с чаем, пахнущим сладкими травами.
– Прости нас за слова. Ты похожа на тех, кто чинил нам вред, но наши глаза слепы.
– Прощаю, Казимир. Такова воля Обелиска, – коротко сказала я и сделала глоток из кружки. Мне показалось, или слегка начало шуметь в голове. Наверняка от голода. Пройдя множество дорог и раздав почти весь паек нуждающимся, я совершенно забыла о собственном организме.
После следующего глотка голова стала еще тяжелее, а на третьем сознание уступило место глубокому сну.
Пробуждение пришло в уютной постели в комнате с развешанными повсюду пучками трав и кореньев. Хотелось валяться на мягкой перине еще очень долго и забыть обо всем, но реальность, как обычно, напомнила о себе крайне неприятным образом.
Оказалось, что на мне, кроме нижнего белья, больше нет никакой одежды, а на икре виднелась грубо зашитая рана, не замеченная ранее, да еще и залепленная сверху мерзкой, склизкой зеленой жижей.
– Что за… – Я попыталась приподняться, но снова рухнула на подушки. Голова кружилась, мышцы отказывались повиноваться.
– Странные дары у этих людей, не так ли? – совсем рядом послышался тихий, слегка скрипучий голос. Пожилой мужчина в коричневом плаще сидел на табуретке перед небольшим столом, устланным непонятной травой, разложенной на газетке. – Странные, но всегда нужные. Меня здесь называют Хирургом. Будем знакомы.
– Это вы… сделали? – Я покосилась на черные толстые нитки швов.
– Нет, что ты. Я бы сделал аккуратнее, – с наигранной обидой в голосе ответил Хирург. – Интересные у тебя желания, дочь Обелиска. Впервые я вижу столь ревностного вашего брата. Ты не просто хочешь защитить Зону, ты хочешь стать единым с ней, быть ею. Это опасный путь, но цепь событий уже запущена. Когда-то и я был таким, видел ту же жестокость, что и ты ныне. Но лишь одна между нами есть разница – я не выбрал ответный путь насилия. Я научился творить добро из зла, что множится здесь ежеминутно, ведь более доступного и бесконечного ресурса не сыщешь.
– Хотите сказать, что нам впору сложить оружие и сдаться на милость еретикам? – возмущенно спросила я. Кем или чем бы ни был этот человек, но он, похоже, не понимал, чем может обернуться пассивная позиция в ответ на открытые удары.
– Я этого не говорил, – хитро улыбнулся мужчина. – Не хватало мне еще нажить врага в виде могущественного Обелиска. Впрочем, я и ваших иногда латаю. Я не делю никого на правых и виновных. Может, поэтому так долго и живу на этом свете. Поверь, Зона мне дорога не меньше, чем тебе или твоей подруге из сновидений.
Меня прошиб ледяной пот. Откуда этот человек знал о тайне, которую я скрывала даже от собратьев?
– Вы что-то знаете? Что меня ждет? – в голосе послышался постыдный страх.
– В ближайшее время тебя ожидает доставка домой на резервном вертолете. Связь восстановилась после Всплеска, и тебя уже ищут. Советую готовиться к возвращению, – тепло улыбнулся Хирург. – В дальнейшем же… Постарайся не уподобляться тем, кого так яростно ненавидишь. Ведь так просто испачкаться в той же грязи, от которой пытаешься кого-то оттереть. Брата Айзека не поднять из мертвых, а месть… не самая достойная мотивация. Стоит ли она тех жертв, что предстоит принести ради нее?
Я буквально на секунду устало прикрыла глаза, но когда открыла их, Хирурга уже не было, он будто бы растворился в воздухе. Только ароматные травы покачивались в такт влетевшему в окно ветерку. Правду, похоже, говорили, что давно Хирург перестал быть человеком, а стал одним из тех легендарных сверхсуществ, зовущихся Призраками.
Я поднялась с кровати, оделась, подхватила автомат, как ни странно, расположившийся рядом с рюкзаком, и вышла из комнаты в трапезную.
За богато накрытым столом сидела целая семья странных людей с детишками мал мала меньше. Мое неожиданное появление ничуть не смутило хозяев дома – напротив, они встретили меня дружелюбными улыбками, слегка навевающими жуть из-за странных, похожих на клыки зубов, и приглашениями присоединиться к завтраку.
– Некогда ей рассиживаться, – проскрипел уже знакомый мне старик, оторвавшись от большой чашки из бересты. – Железная птица перебралась через лес. Скоро они придут. Иди на восток по тропе не сворачивая. Дойдешь до поляны с огненной ямой, там и жди. И поминай нас добрым словом на заутрене.