— Кариш, ты чего не ешь? — Денис Михайлович поднимает голову и смотрит на дочь. Ему такими разговорами аппетит не испортить, да и переживает он куда меньше, если вообще переживает. — Ужинать вчера не стала, хоть позавтракай нормально.
— Не хочется что-то, — натянуто улыбается она и отодвигает тарелку в сторону. — Я, наверное, попозже поем.
Накрыв еду второй тарелкой, извиняется и уходит к себе. Ситуация и неведение не дают покоя. Меряя комнату шагами, Карина вертит в руках телефон, на каждом круге пялясь на высвечивающееся на экране имя контакта:
«Саша Воронцевич».
И думает о том, что стоит, наверное, позвонить и объясниться. С ним ведь наверняка ещё вчера провели беседу по поводу ночного инцидента, так что Саша уже вкурсе, что она всё рассказала. На самом деле ей немного страшно ему звонить — неизвестно, как отреагирует, как сильно злится на неё. Делать хуже не хотелось, но и молчать Карина не могла.
Они же друзья.
Забившись в угол кровати, Баринова делает несколько глубоких вздохов и, наконец, звонит.
Трубку Саша берёт не сразу, и Карина представляет, как он сжимает и разжимает кулаки, скрипит зубами и растягивает губы в пугающем оскале.
— О, Баринова. Ты чего это? — приветствует он усталым голосом.
«Вроде не злится», — немного успокаивается она.
— Привет. Я поговорить с тобой хотела.
— Прям срочно?
— Да не особо. — Карина пожимает плечами и надеется, что он не откажет.
Саша с минуту молчит, и она уже начинает волноваться. Он тихо мычит, чем-то шурша, а потом отвечает:
— Слушай, мне сейчас одно дело надо будет сделать, а позже можно будет и поговорить. Как смотришь на то, чтобы встретиться в «Эсмеральде» в одиннадцать?
— Хорошо.
Камень падает с плеч, словно с высокой скалы, и разбивается на дне ущелья. Все недавние страхи кажутся глупостью, оставившей едва заметный осадок. Теперь Карина думает, что, узнай Саша обо всём, что она себе навыдумывала, обиделся бы. Сидя на кровати и смотря на потемневший экран смартфона, она чувствует себя полной дурой. И виной тому сомнения в друге.
Когда Карина в полной готовности выходит из комнаты, домой возвращается Света. При виде улыбающейся сестры ухмыляется и проходит на кухню, где на столе всё ещё стоит нетронутый завтрак Карины.
— О, вы меня ждали! — Она хлопает в ладоши и прыгает на месте, словно маленький ребёнок, получивший сладость после обеда.
Отец хочет ответить, но Карина его опережает:
— Ага. Только всё остыло уже. Разогреешь сама, ладно? А-то мне уже бежать надо.
— А куда это ты? — интересуется Денис Михайлович, выглядывая в коридор.
— Да так, встретиться кое с кем, — говорит, прекрасно помня про «козла» из уст сестры и предпочитая имя не раскрывать.
— Влад или Миха?
— Миха? — удивляется Баринов.
Карина только кривится и отмахивается. С Михой они учатся в одной группе, но вне института особо не общаются. При отце она о нём ни разу не говорила, да и не видела в этом никакой необходимости.
Взглянув на часы, ойкает и, попрощавшись, убегает.
В кафе Карина приходит немного заранее, но автомобиль Саши уже припаркован через дорогу. Он сидит за столиком спиной к выходу, что-то листает в телефоне и не замечает, как она тихо подкрадывается. В любой другой ситуации Баринова сказала бы «бу» и рассмеялась, но сегодня явно неподходящий случай.
— Привет, — улыбается она и садится напротив. — Оперативно работаешь.
На столе уже стоят две чашки кофе и тарелка с кусочком классического чизейка — их стандартный заказ, и Карина только рада, что не нужно будет ждать.
— Привет, — кивает Саша и кладёт телефон рядом. — Так ничего ж не меняется.
— Ну да.
К разговору они приступают, как только разбираются с кофе. Десерт Карина съедает быстро — голод всё же даёт о себе знать, а уже отступившее волнение ничему не препятствует. Выйдя, они собираются немного прогуляться и обсудить дело, ради которого Баринова и пришла в кафе.