— Нормально, Пётр Александрович. — Вивер кивает и встряхивает руку. Рана почти мгновенно затягивается. — Вы, похоже, давно его знали. Он всегда был таким самоуверенным? В одиночку припёрся.
— Вот что бывает, когда присваиваешь себе чужие силы. Можно быть опытным колдуном, но чужими силами пользоваться так и не научиться. Ладно, — он вздыхает и взмахивает рукой, — надо пока труп убрать. Думаю, Саша с удовольствием превратит его в горсть пепла.
Он коротко усмехается и оставляет тело Брадислава позади. Поднимается на второй этаж, где у дверей кабинета ожидает Максим.
— Пётр Александрович, у вас кровь. — Он взволнованно указывает на ту часть светлой рубашки, которую не прикрывает пиджак.
— Всё нормально, Макс. Это мелочи.
Не ждёт, когда помощник скажет что-то ещё или предложит хотя бы принести аптечку. Проходит в офис и устраивается за столом. Его отвлекли от дел, а он ещё хотел кое-что обсудить с Алексом.
— Интересно, куда его Алина Александровна увела.
Набрав номер сына, ждёт несколько длинных гудков и отключается, не получив ответа. На душе становится подозрительно неспокойно, словно смерть Брадислава — это ещё не конец проблем. Руки внезапно начинают дрожать и Ворон порывисто тянется к спрятанной в нижнем ящике стола шкатулке с янтарными бусинами. Открывая, надеется, что это просто сильное волнение — он ведь видел, как Саши коснулись два ледяных ножа, — но одна из всё ещё ярких бусин, блеснув на солнце, тускнеет.
И его сердце замирает.
— Нет… НЕТ!
Глава 17.
Она гнала автомобиль, нарушая все правила дорожного движения, и не позволяла себе даже подумать, что не успеет. Во многих случаях можно было немного опоздать, дать себе поблажку или попытаться что-то исправить. Но сейчас у неё только один шанс и никаких вариантов. За чертой города скорость пришлось снизить, чтобы ни на что не напороться и не увязнуть, потеряв возможность спасти Саше жизнь.
До сада оставалось совсем немного. Алина следила за дорогой и бросала на Сашу взволнованные взгляды. Он сидел, сжавшись в соседнем кресле, и мелко трясся. Ей даже страшно было представить, что он чувствует — Прохорова знала, что Алекс не восприимчив к низким температурам, но сейчас на него воздействовала магия льда, а это уже совершенно иное.
— Не смотри на меня так, — выдыхает он, — я ещё не умер.
— Перестань! — Алину в дрожь бросает от таких слов.
— Да ладно тебе. Если отец меня под замок не посадил, значит как минимум ещё одна жизнь в запасе есть.
Саша говорит об этом так спокойно, словно рассуждает о завтрашнем дне, а у Алины сжимаются руки, и текут слёзы.
Внутри него всё ещё сражаются лёд и пламя, и первое одерживает верх, потому что справиться с дрожью не получается. Рана на скуле продолжает кровоточить, хотя у нормального человека кровь давно бы запеклась. Но в сложившейся ситуации Алину это только обнадёживает — значит время есть, значит она всё ещё может успеть.
За поворотом уже виднеется крыша загородного дома.
Прохорова не замечает, когда Саша расслабляется и прислоняется затылком к подголовнику. Смотрит на неё с усталой улыбкой.
— Только давай без слёз, пожалуйста. Я тоже был рад с тобой познакомиться.
Алина оборачивается на шёпот, и в этот же момент он закрывает глаза.
— Саш?
Но ответа нет, и Прохорова стискивает зубы.
«Нет уже, я тебе умереть не дам! И чтобы Маревский умер зря, тоже не позволю!»
Она помнит, что в сад роз ведёт не только тропа с территории участка, но и калитка за его пределами. Небольшая дверца, почти незаметная за раскинувшимися кустами, через которую её один раз провёл Саша. Алина тогда выполнила одну его просьбу, за что в благодарность он привёл её посмотреть на сад и в тайне от Ворона подарил несколько бутонов. Помнит она и то, какую боль он испытал, срывая их.
Алина знает, что сад не принимает его полностью.
И как же тогда быть?
Но Маревский сказал, что она должна привести его в сад. Им нужно добраться до цветов.
Прохорова обходит машину и открывает дверь со стороны Алекса. Касается ледяных рук и с ужасом понимает, что он едва дышит. Заранее отпирает калитку, тянет его не себя. Ей кажется, что он слишком тяжёлый. Мысли, что лёд уже добрался до его сердца и теперь превращает всё тело ледяную статую, врываются непрошенным гостем. Алина плачет и молится, сама не зная кому. Лишь бы хоть кто-то смог дать ей шанс дотащить его до цветов.