— Ничего? — иронично вопросил Тор. — А как на счет нашего железного друга?
В ответ дознаватель бросил быстрый взгляд на космодесантника, но инквизитор только успокаивающе кивнул.
— Давайте рассудим от противного — кто мог предвидеть, что именно на этом скитальце, именно в это время из варпа вывалится проболтавшийся там четыреста столетий человек? Причем вывалится настолько метко, что не погибнет от когтей генокрадов, не умрет от вакуума или голода, а свалится под ноги отряду Инквизиции? Да еще попадет в руки, наверное, единственного инквизитора в секторе, который не сожжет его без разговоров, а с ходу возьмет под крыло? Сэр, свита не оспаривает вашего решения, но я чувствую их сомнения. Как сказала Алисия, эта история воняет как хрудовы портянки.
— Признаю, на предсказания такой точности вряд ли способны даже сильнейшие библиарии Астартес или эльдарские Видящие. Но я тоже считаю, что случайности здесь нет. И именно поэтому подобный феномен я не хочу оставлять без внимания, а при необходимости — самолично активировать плазменный заряд. Знаешь, Герман, я никогда не был хорошим прорицателем. Эта дисциплина требует качеств, которыми я, увы, не обладаю. Вот пиромантия — другое дело, она далась мне сравнительно легко… но сейчас у меня есть предчувствие. Сами того не осознавая, мы сломали чью-то большую игру. И это наш шанс. У нас две недели до прибытия эксплораторов. Потрать это время на размышления.
Дознаватель молча кивнул. Предсказания также не были его коньком, в отличие от телепатии. Но разве не то же самое он ощущал, пробираясь по коридорам с хеллганом в руках? И ведь это только первая из двух угроз… он переключил внимание на тушу генокрада. Конечно, по внутренним органам можно было сказать многое, но даже его патрон не стал бы ожидать, что Герман без когитатора и магоса-биологиса под рукой скажет, что с ними так. Разгадка лежала на поверхности.
— Расцветка нетипичная, — сказал он. — Чистокровные особи, обнаруживаемые при зачистках культов, имеют фиолетовые кожные покровы и панцири. Считается, что это связано с влиянием человеческого генома. Однако особи, которые использовались флотом-ульем Бегемот, несли неизменный генокод, из-за чего их фенотип был схож с фенотипом остальных организмов. Они имели ярко-красную окраску кожных покровов, вызванную огромным количеством капилляров на самой поверхности. Но у этой особи кожа очень светлая, почти белая. Зато цвет панцирных пластин как раз красный, в отличие от обычного сине-фиолетового. Насколько помню, практически все виденные мною генокрады выглядели также. То есть это устойчивая форма генома. И если откинуть в сторону влияние варпа…
Дознаватель поднял глаза. Инквизитор и космодесантник не отрывали взгляда от туши, и если первый просто выглядел задумчивым, то на лице Ультрадесантника была написана самая чистая нескрываемая ненависть.
«Ах да, как я мог забыть. Ведь его орден очень сильно пострадал от нашествия тиранидов два века назад. Потери оказались настолько тяжелы, что, по слухам, до сих пор не восполнены».
— Если отбросить возможное влияние варпа, в чем генокрады до сих пор не были замечены, то логично предположить, что эти твари — носители чистого генокода неизвестного типа. Авангард нападения нового флота улья.
— Это притянутая догадка, — тихо сказал брат Герион. — Но когда имеешь дело с Великим Пожирателем, любая недооценка врага обернется гибелью. Два века назад мои братья огромной ценой сразили чудовище. Некоторые надеялись, что тогда нам удалось пусть не уничтожить угрозу полностью, но хотя бы разбить ее.
— Герман, ты должен кое-что знать… как тебе известно, осколки флота-улья Бегемот выслеживались и уничтожались на протяжении всех двухсот тридцати пяти лет, прошедших после битвы в системе Маккрейджа. Последние десятилетия такие стычки становились все реже и все легче. Некоторые системы даже успешно давали отпор тиранидам своими силами, не запрашивая помощи. Многие инквизиторы считают, что угроза нейтрализована и ее полная ликвидация — вопрос времени, то же самое мнение разделяет немало высших чинов Администратума и, по моим сведениям, даже Высшие Лорды Терры. Переубедить их в обратном будет непросто.