В общем, когда «Таласа Прайм» вывалилась из варпа на окраине звездной системы, он вздохнул с облегчением. Которое длилось ровно до того момента, пока корабль на обычных двигателях не подошел достаточно близко к четвертой планете. Как итог, последние часы Вертер провел, почти неотрывно глядя на постепенно растущий серый кругляш. Стоит ли поделиться с кем-то своими предчувствиями? Наверное, пока этого делать не стоило. Силы даже самых могущественных псайкеров были непостоянны, и порой могли сыграть с обладателем злую шутку. Что уж говорить про обычных людей «с повышенной чувствительностью». И вдобавок, лишний повод подозревать себя… хотя с этим, вроде, уже было не так печально.
Последние три недели отношение остальных членов свиты к нему стало… если не теплее, то уж точно не чувствовалось прежней хорошо скрываемой враждебности. Вертер по-прежнему старался лишний раз никого не раздражать, не открывать рот без необходимости и не мозолить перед глазами. Зато рядовые матросы и рабы из команды начали иногда даже здороваться.
Наконец, в глубине машинной половины сознания сработал таймер. Время высадки. Вертер отошел от иллюминатора, забрал из каюты оружие и направился напрямую в ангар. Остальные аколиты уже собрались возле шаттла. Не только отряд «Палец», но и лингвист Хаддрин Мальфум и даже архивариус Торрент, в принципе не выносивший поверхностей планет. К собственному удивлению, Вертер заметил на поясах у обоих кабинетных ученых лазерные пистолеты. Герман поприветствовал его еле заметным кивком и начал:
— И так, дамы. Сейчас мы высаживаемся. Большинству объяснять правила смысла нет, но для новичков повторяю: во время официальной части молчим и грозно хмурим брови, так мы кажемся умнее. И не расслабляемся. Конечно, предполагается дружеский прием, но мы не имеем права полагаться на случай. Потом господин инквизитор уходит заниматься своими делами, мы размещаемся во временных апартаментах, и у нас будет несколько дней свободного времени. Вокс-бусины всегда держим при себе, даже во сне. С местным населением не конфликтуем, и уж точно не пытаемся ничего спереть не заплатив или набить кому-то морду. Джей, ты меня понял?
— Сколько лет ты мне еще будешь тот случай поминать?
— Пока не подаришь мне свою бандану.
— Иди в жопу.
— Вот и я о том же. Причитающееся жалование вы получили, на что тратить — ваше дело, но давайте без запрещенных наркотиков. Наше право подтереться любыми местными законами еще не значит, что этим надо заниматься при первой же возможности. В зоне рядом с посадочными площадками ничего покупать не советую — выбор унылый, а цены взвинчены втрое, не ленимся пройти по торговому сектору на пару уровней ниже. И… — дознаватель обвел всех взглядом. — Давайте не будем испытывать долготерпение Императора, и попытаемся хотя бы в этот раз не найти неприятностей на свои головы.
— Были прецеденты? — полюбопытствовал Вертер.
— Вся наша жизнь — эти прецеденты.
— Между ульями есть какое-то сообщение?
— Если только через орбиту. А оно тебе надо? Увидел один улей — увидел все.
Через несколько минут появился и сам инквизитор в сопровождении пары сервиторов с каким-то массивным контейнером, Варнака и брата Гериона. Лицо космодесантника скрывал шлем, но Вертер почувствовал на себе его взгляд и ответил едва заметным поклоном. Акин тем временем взошел на борт шаттла и дал знак свите следовать за ним.
Девять человек, два сервитора, один Астартес и грузовой контейнер разместились в пассажирском отсеке без удобства, но и на тесноту не жаловались. Насколько понимал предшествующие объяснения Вертер, этот аппарат раньше был стандартным трансорбитальным грузовиком, и лишь позднее магос Варнак прикрутил к нему пару орудийных турелей, пассажирские сиденья с компенсаторами перегрузок и дополнительное бронирование. Вроде как, по местным обычаям, это тянуло на техноересь, но инквизиторская инсигния надежно хранила от подобных обвинений.
Недостаток у модернизированного «Арвуса» был один — нулевой обзор. О старте можно было догадаться только по дрожжи корпуса и головокружению, когда отключились системы искусственной гравитации. Глянув в сторону, Вертер заметил, что Хаддрин утирает вытекшую из носа капельку крови — шаттл вышел в открытый космос и внутреннее давление заметно просело.