В такой отчаянной ситуации не было времени дожидаться космический десант или скитариев. Любой ценой следовало выяснить цели ксеносов — а затем уничтожить их прежде, чем обнаруженные ими находки станут угрозой для человеческих миров вблизи Восточного Предела. Это понимал инквизитор, это понимал Герман, это без сомнения понимала Алисия, и потому группа не сбавляла шаг. До того момента, пока дознаватель не споткнулся и не полетел мешком на пол, рыча от боли.
— Герман! — испуганно окликнула его Алисия. — В чем дело?!
— Варп! — выцедил тот сквозь стиснутые зубы. — Варп будто взбесился! На ровном месте!
Остальные члены группы не были псайкерами, но тоже разом содрогнулись, как от ледяного дуновения. Поднявшись на ноги с помощью Спенсера, Герман вызвал патрона.
— Палец — Макушке, ответьте!
— Макушка — Пальцу, слышу тебя! — даже через комлинк было хорошо слышно, что инквизитор тяжело дышит. — Я тоже это чувствую!
— Палец — Макушке. Что с активностью варп-двигателей скитальца?
— Макушка — Пальцу. Активности нет. Похоже, где-то в недрах открылся варп-разлом.
Спенсер и Майгрем в один голос выдохнули что-то непечатное. Варп-разлом… мало им тау, мало генокрадов, так еще и это.
— Палец — Макушке. Запрашиваю разрешение на отход.
— Макушка — Пальцу. Отрицательно. Продолжайте движение. Разрешаю снять пси-блокатор. Эвакуация только при подтверждении угрозы класса «маллеус». Конец связи.
Ну, хоть на том спасибо. Герман повернул рубильник на выступающей из затылка черепной схеме, полностью открывая себя потокам энергий Имматериума. До сих пор его сила была запечатана, в первую очередь из опасений обнаружить себя по отпечатку в варпе. Теперь можно было не таиться. Дознаватель убрал за спину оттягивающий руки хеллган и снял с пояса меч, по которому тут же побежали сполохи психических разрядов.
— Нам стоит поторопиться, — заметил Ультрадесантник. — Я слышу стрельбу.
Герман не слышал ничего, но сверхчеловеческие чувства Астартес заслуживали доверия.
— Тогда прибавим шагу, — прорычал он, первым бросаясь вперед. — Мы ведь не хотим пропустить веселье?
Не то чтобы в нем воспылала храбрость. Точнее, боялся он теперь даже больше, ибо к опасности быть разорванным генокрадами и застреленным тау добавилась опасность стать добычей хищников Имматериума. Но единственный путь к безопасности и комфорту фрегата лежал через трупы ксеносов и, сжимая в руке психосиловой меч, Герман был готов собственноручно испепелить даже патриарха выводка — лишь бы как можно скорее выбраться из этого проклятого Императором места.
Огромный зал разверзся перед ними, когда они выскочили из-за очередного поворота. Он был настолько огромен, что продвинутые авточувства в шлеме брата Гериона не могли уловить, где он заканчивается. Видимо, раньше это был грузовой отсек, на что намекали громоздящиеся вокруг древние контейнеры. Раньше.
Теперь это была бойня.
Трупы генокрадов покрывали пол настолько плотно, что казались сплошным ковром из хитина и ихора. Тут же валялось несколько десятков мертвых тау… точнее то, что от них осталось. Массивными глыбами по отсеку валялось полдюжины бронескафандров «Кризис», еще недавно устрашающих свой огневой мощью, а теперь выпотрошенных — как и их пилоты. То тут, то там среди тел поблескивали осколки металла — многочисленные дроны, сопровождавшие «Кризисы», приняли на себя первый удар, купив хозяевам время для контратаки, но за первым ударом последовало еще очень много…
Герман медленно вел взглядом по грузовому отсеку, пытаясь вместить в уме масштабы произошедшего побоища. Очередную темную громаду он поначалу принял за остов бронескафандра, но приглядевшись, понял свою ошибку. Это был патриарх генокрадов. Одна из самых смертоносных тварей, каких только мог породить Великий Пожиратель, лежала без движения. Не просто мертвая, но словно взорвавшаяся изнутри, опаленная не ионными пушками тау а, вне всякого сомнения, пламенем варпа.
«Попытался применить психическую силу, — понял Герман. — Но в такой нестабильной зоне как космический скиталец, она обернулась против него самого. Похоже, именно это мы ощутили как открытие варп-разлома».