— Странная… дама, — прокомментировал он, когда они покинули лабораторию. — У нее какая-то психологическая травма?
Тор скривился, будто от боли в зубе и сильнее прежнего стукнул психосиловым посохом об пол.
— Психологические травмы получают, когда вместо гроксового фарша в пироге на день Вознесения оказывается человечина. А она из тех людей, которые сделают то, что от них требуется, безупречно и в срок, но будут без конца ныть, ворчать и брюзжать. Нетипичное поведение для механикума, знаю, но она и полтора века назад была такой.
— То есть, на ее поддержку мы сможем рассчитывать?
— Полностью. Герман, я знаю Северину впятеро дольше, чем ты живешь на свете, и она входит в узкий круг людей, которым я не побоюсь подставить спину. Что не отменяет ее… особенностей характера. Скорее бы добраться до Арбитрес.
— Сэр, «Шесть цветков» существует в шпиле уже больше тридцати лет. Даже если допустить, что это заведение было отправной точкой для культа, а не его ветвью, за это время порча могла поразить все слои общества, и в огромном масштабе. Я говорю о том, может, стоило сразу вызвать Гвардию? Или еще лучше, запросить Сороритас, они могут прибыть очень быстро.
— Лучше? — Тор смерил своего дознавателя таким взглядом, будто он сморозил какую-то глупость. — Чтобы все страхи Северины стали явью и война действительно разрушила этот мир? Не говоря уже о том, что здешние мануфакторумы прекратят работу, что вызовет перебои с поставками запчастей и материалов по всему субсектору.
— Сэр, пять сотен скитариев и даже несколько десятков тысяч арбитров не справятся с целой планетой.
— Думаешь, нам нужно справляться с ней? Оглянись по сторонам. Что ты видишь?
— Вижу шпиль.
— Да. Шпиль. Люди в котором, исходя из ваших собственных показаний, не более развращены, чем в любом другом месте. Поступления десятины не только не прекращались, но даже росли последние полвека на полпроцента каждые десять лет.
Инквизитор остановился и повернулся к Герману, окидывая его цепким взглядом.
— Ты хороший дознаватель, один из лучших, что у меня были, — сказал он. — Ты обладаешь безошибочной дедукцией, превосходно справляешься с тактическим командованием. Но я вижу в тебе изъян, который препятствует тому, чтобы ты стал полноправным инквизитором. Ты неверно оцениваешь масштабы угрозы, а точнее, всегда ее преувеличиваешь. Кто-то другой бы счел это достоинством, добродетельной бдительностью, но ответь мне, как ты понимаешь миссию Инквизиции?
— Уничтожать любую опасность, угрожающую Империуму.
— Неверный ответ, — холодно ответил Тор. — Уничтожение прямых угроз — лишь один из возможных методов, которые обеспечивают защиту человеческого вида. Мои особенно фанатичные коллеги считают, что это одно и то же, но я же считаю, что любое наше действие должно быть соразмерно, и уж точно не причинять больше вреда, чем то зло, которое мы пытаемся одолеть. Ты сам видел, как это происходит, два года назад.
— Вы про астропатическую ретрансляционную станцию LK-382-омикрон-4-гамма?
— Про нее самую. Солидус Мнишек, чтоб этому пуританскому кретину попасть живым в руки друкари, отдавая приказ о торпедировании, не задумался ни на секунду о том, что уничтожение этой станции приведет к нарушению астропатического сообщения в девяти субсекторах, не говоря о последствиях этого нарушения. Сколько планет падут под напором ксенозахватчиков из-за того, что призыв о помощи затерялся в волнах варпа или просто пришел слишком поздно? Сколько миров скатятся в ересь и упадок, оказавшись в изоляции от остального Империума? Чтобы ты понимал, астропатическая станция — это не какой-то сраный крейсер, который соберут с нуля за десяток-другой лет. Полный цикл производства подобных объектов превышает полвека, а потом ее еще нужно укомплектовать десятками астропатов.
— Сэр, с вашего позволения, — заметил Герман, — уничтожение этой станции потом рассматривалось Конклавом, и было признано допустимой мерой. Угроза класса «маллеус»…
— Можешь мне не пересказывать вердикт, я был в составе комиссии. Так вот, «допустимая» мера — еще не означает «предпочтительная», и тем более не означает «наилучшая». И то, что многие мои коллеги этого не понимают — подлинная трагедия. Они инициируют развертывание войск там, где можно обойтись точечной операцией небольшого отряда. Они устраивают массовые зачистки, где нужно провести тонкую следственную работу. Они превращают целые миры в испытательные полигоны — вместе с жителями! «Меньшее зло» говорят они, «оправданные меры» говорят они. А когда из-за страданий миллиардов душ десятки систем начинают тонуть в варп-штормах, они делают невинные лица и, искренне веря в свою правоту, начинают утверждать что они тут точно не причем, а всему виной козни Губительных Сил. И это еще легкий случай. Хуже всего, когда кто-то, после пары веков службы, сходит с ума от неограниченной власти и начинает действовать так, как велит ему его воспаленный разум, и зачастую ущерб от этих действий сравним с большим орочьим нашествием. За примером далеко ходить не надо, случай из моей личной практики. На заре карьеры я, помимо борьбы с ксеносами, работал по направлению полипсайканы. Сейчас про них ничего не слышно, но полтора века назад группа инквизиторов решила, что раз уж псайкеров необходимо вылавливать и отправлять на Черные Корабли, то не лучше ли будет сделать так, чтобы как можно больший процент переживал транспортировку и санкционирование? Они не все обладали психическими силами, но понимали ценность одаренных индивидуумов для Империума, и считали, что недостаток по-настоящему качественных кадров можно решить дополнительным предварительным обучением, сравнительно мягким но обстоятельным. Сказано — сделано. Взяли под патронаж несколько планет, дали указания Арбитрес и местным стражам порядка, организовали базы, где отловленных псайкеров, кроме явно невменяемых, успокаивали, вживляли пси-подавители, и готовили к путешествию и последующим тестам. Результат был превосходным! Оказалось, что если с псайкером обращаться лучше, чем с животным, и потратить немного сил на его закалку перед отправкой на Черный Корабль, то смертность при транспортировке снижается втрое, а процент прошедших санкционирование вырастает на сорок процентов! Те инквизиторы ликовали, их открытие могло бы стать новой вехой в использовании людьми своего пси-потенциала. Как думаешь, что произошло дальше?