– Вот мы и произвели кастрацию, – сказал он. – Такие бруски они прикрепили в вертикальном положении внутри каждого колеса. Динамит этого сорта представляет собой опилки с «бульоном». «Бульон» в таких случаях равномерно пропитывает опилки, и с ним можно обращаться как угодно не опасаясь взрыва, но только до тех пор, пока «бульон» не сконцентрируется в каком-то одном месте.
– «Бульон»? – спросил Хеллер.
– Мы так называем нитроглицерин, – пояснил Римбомбо. – Он вообще-то взрывается от любого толчка. Машина заминирована с таким расчетом, чтобы взорваться, когда проедет несколько миль. При вращении колеса центробежные силы сгоняют «бульон» со всего бруска к одному из его концов. А потом лишний толчок и – бац! Дешевка! Они сэкономили на запалах и детонаторах. Дешевка.
– Но, может быть, их подложили с таким расчетом, чтобы было легко обнаружить, – сказал Хеллер, – а настоящий заряд расположен еще где-нибудь.
– Да, этот вполне мог быть заложен для привлечения внимания, а основной – где-то в другом месте, – согласился Римбомбо. Он просунул в щель в окне тончайшее лезвие, убедился, что с той стороны не протянута никакая проволочка, а потом отворил дверцу. Прежде всего он поискал под панелью, где ничего не обнаружил, а после этого открыл капот и принялся внимательно осматривать мотор.
– Ага, – удовлетворенно отметил он. – Все в порядке!
Он ловко подсунул картонку от спичек между контактами и перекусил кусачками какие-то провода. Вскоре он извлек на свет божий счетчик оборотов.
– Второй одометр! – пояснил он. – Трос со спидометра был снят и прикреплен к этой штуке. – Он принялся вручную проворачивать зубчатые колесики. Неожиданно послышался легкий щелчок. Римбомбо сверился с цифрами. – Ровно пять миль! Заряд был установлен таким образом, чтобы взрыв произошел в пяти милях отсюда. – Затем он заглянул в пространство под мотором. – О Господи! Да тут целых десять фунтов пластика! Да, не пожалели они денежек. Кто-то, наверное, очень разозлился на тебя, парень! Да этого достаточно, чтобы разнести с десяток…
– Тихо! – сказал Хеллер.
Послышался шум приближающейся машины. Римбомбо поспешно захлопнул крышку капота и дверцу. Ухватив его за рукав, Хеллер потащил его в сторону. Они укрылись за двумя штабелями картонных коробок футах в пятнадцати от главного входа. Машина остановилась.
– У тебя есть пистолет? – шепотом спросил Римбомбо.
Хеллер отрицательно покачал головой.
– (…)! У меня тоже нет. Выпущенным под залог досрочно закон запрещает носить при себе оружие. – Он перебросил тяжелый мешок на другое плечо. – А в этом помещении я просто не решусь бросить бомбу, когда тут все заставлено виски. Здесь же сразу все вспыхнет, как сухая спичка!
– Тише! – прошептал Хеллер.
Послышался звук захлопнувшейся автомобильной дверцы.
– Я подгоню машину к заднему въезду, – сказал кто-то. И снова тишина.
Потом послышался звук мотора, машину поставили у заднего въезда, вновь послышались шаги, сначала за гаражом, а потом у главного въезда.
– Видишь, дверь на задах заперта, – сказал кто-то у главного въезда.
– Да ведь говорил я тебе – здесь никого нет, – сказал какой-то незнакомый голос.
Зазвенела связка ключей.
– Ты просто рехнулся, Чампи. Он наверняка бежал отсюда так, что еще до сих пор не остановился.
– За то время, пока мы ехали, на склад мог залезть кто угодно. – Этот голос явно принадлежал толстому молодому человеку. Он и отпер дверь. Входя, он открыл ее довольно широко. За ним на склад прошли еще двое мужчин. Насколько можно было понять, оба они были в дорогих и добротных костюмах.
– Мы приехали сюда как только смогли. Господи, да разве доберешься сюда из Куинса за пять минут? Да еще при таком движении! Ну, посмотри сам, тут никого нет. Зряшная трата времени.
– Он обязательно вернется! – стоял на своем Чампи. – Вы еще не знаете, что это за (…) подонок! А если вы отказываетесь помочь, то я позвоню Фаустино!
– Послушай, Дум-Дум, – заговорил второй, молчавший до сих пор, – а что нам стоит посидеть тут немного? Господи, да еще после такой сумасшедшей езды. Знаешь, что – оставь дверь незапертой и даже чуть приоткрытой. Пусть у него появится соблазн проникнуть внутрь. А сам усаживайся вон там, за штабелем, что напротив, и спокойно жди. О Господи, мне нужно хоть немного перевести дух. Надо же – столько этих (…) тягачей на дорогах.
Дверь оставили приоткрытой. Чампи достал откуда-то обрез, перешел в указанное ему место и уселся прямо на полу за штабелем из коробок с виски как раз на виду у Хеллера, хотя и сидел к нему боком. Я похолодел. Потом только я заметил, что Хеллер наблюдает за ним через щель между двумя коробками. Другая парочка устроилась за штабелем прямо напротив двери.