– На имя Джерома Терренса Уистера, – сказал Хеллер.
Теперь мне окончательно стало ясно, что он сошел с ума. По этой квитанции Гробе может узнать, что он все еще жив, и выйти на его след! А если к тому же он станет разъезжать на таком бросающемся в глаза автомобиле… Римбомбо закончил перегрузку своих драгоценных ящиков. Сияющему Майку он презентовал коробку «Джонни Уокера» с золотой нашлепкой.
– Садись, парень. Куда тебя подбросить?
– Мне нужно в Манхэгтен, – сказал Хеллер.
– Ну, в таком случае я высажу тебя у железнодорожной станции.
Так ты быстрее попадешь на место. Когда у железнодорожной станции Хеллер выходил из машины,
Римбомбо все-таки не утерпел:
– Слушай, парень, а все-таки скажи: Джером Терренс Уистер – это твое настоящее имя?
– Нет, – ответил тот. – Мое настоящее имя Красавчик Флойд.
Римбомбо оглушительно расхохотался, мгновение спустя к нему присоединился и Хеллер. Я был по-настоящему оскорблен. Красавчик Флойд был прославленным гангстером, знаменитым настолько, что любые шутки по этому поводу следовало считать просто неуместными. Должно же быть у них хоть что-нибудь святое.
– И что я вам должен за помощь? – спросил Хеллер.
– Должен, парень? – переспросил Римбомбо. Он указал большим пальцем за спину. – Послушай, парень, шесть месяцев я чалился в тюряге, мечтая об одном-единственном глотке виски. А сейчас я могу хоть купаться в нем. – И он рванул машину с места, во все горло распевая какую-то песенку.
Мне же было не до пения. На меня свалились новые неприятности и именно в то время, когда я считал, что хуже уже и быть не может. Хеллер вознамерился привлечь к себе внимание Гробса, используя имя и фамилию, которыми тот его наградил, а мне до сих пор так и не удалось завладеть трафаретом. И кроме того, Хеллер наверняка налаживал свое дело. Я это нутром чувствовал! И самое страшное – он вполне способен завершить свою миссию! У меня просто голова шла кругом. С одной стороны, Хеллер не должен дать убить себя, прежде чем я раздобуду трафареты, с помощью которых потом смогу фальсифицировать его письма к капитану Тарсу Роуку. С другой же – существовала угроза, что он сейчас занят разработкой какого-то дьявольски хитроумного и коварного плана, который поможет ему успешно завершить миссию, а это ставило меня перед необходимостью либо изолировать его, либо убить.
Я вышел из помещения и улегся во дворе ничком, прикрыв лицо руками. Прежде всего мне нужно успокоиться. Я должен заставить себя мыслить логически. Вовсе незачем сходить с ума только из-за того, что в данный момент мне следует препятствовать убийству человека, которого потом обязательно нужно будет убить. Просто мне необходимо что-то срочно придумать, изобрести какой-то способ. Нужно действовать!
А тут еще эта (…) канарейка уселась где-то на дереве и посвистывает себе. Издевательство! Форменное издевательство!
Глава 2
Хеллер протопал в своих шиповках по крыльцу «Ласковых Плальм» и рысцой вбежал в холл. Время было вечернее, но в этот жаркий летний сезон холл был пуст. Он уже ступил на лестницу, чтобы подняться на второй этаж, однако один из наряженных в смокинг охранников остановил его.
– Минуточку, – сказал он. – У тебя, парень, больше нет комнаты.
Хеллер остановился как вкопанный.
– Управляющий желает повидаться с тобой, – сказал гангстер. – Он ужасно расстроен.
Хеллер стремительно направился в кабинет управляющего.
– Не туда, – сказал охранник. – Садись в лифт. Он уже дожидается тебя. – И он подтолкнул Хеллера в сторону лифта. Они вошли, и охранник нажал кнопку верхнего этажа. Они вышли в длинный, наподобие коридора холл, обитый деревянными панелями и звукоизоляцией, и сразу же услышали доносящийся издалека голос управляющего. Он как раз ругал кого-то по-итальянски. Чувствовалось, что он взбешен. В комнате, к которой они подошли, помимо управляющего было еще много людей. Все они носились взад и вперед, перетаскивали какие-то вещи. Охранник подтолкнул Хеллера:
– Он здесь, босс.
Вантаджио Меретричи оттолкнул с дороги уборщицу и бросился навстречу Хеллеру.
– Ты опять втягиваешь меня в неприятности! – выкрикнул он. – Твои проделки могут мне стоить места! – Руки его, как это принято у итальянцев, вели свой особый разговор. Одной из них он провел по горлу, как бы перерезая его. – Ты способен просто погубить меня!
На мгновение он прекратил крик только для того, чтобы заорать по-итальянски на двух уборшиц, которые от страха заметались так, что столкнулись друг с другом и выронили на пол стопки простыней. Типичное для итальянцев поведение. Они столь экспансивны. Артистичны. Я убавил звук в приемнике. Естественно, Вантаджио тут же подошел к Хеллеру еще ближе и заорал еще громче.