– Послушай, парень, машина в безупречном состоянии, и принадлежала она леди – старушке крохотного роста, которая вообще никогда ею не пользовалась.
– Да брось ты трепаться, Гарви! – завопила Мэри. – Ты (…), отлично знаешь, что принадлежала она Богомольному Питу, проповеднику на радио, пока его наконец не повесили! Продавай эту (…) машину! Нам нужно ехать!
– Отдаю всего за две тысячи долларов, – с отчаянным видом объявил Гарви.
– Гарви! – выкрикнула девушка. – Только неделю назад ты сказал мне, что не можешь сплавить ее даже на свалку металла. А ты, парень, не давай морочить себе голову! Шесть месяцев стоит у него тут эта штука, и он ее только для того и использует, чтобы (…) местных знаменитостей, потому что в салоне есть занавески!
– Полторы тысячи, – сказал Гарви, впиваясь взглядом в Хеллера.
– Двести долларов! – выкрикнула девушка.
– О Мэри…
– Двести долларов, или я все расскажу твоей жене!
– Ладно, двести, – убитым тоном подтвердил Гарви.
Хеллер вытащил пачку денег и стал возиться с купюрами, разбираясь попутно в их достоинстве и цвете, сверяясь с напечатанными цифрами.
– Погоди-ка, – сказал Гарви, лихорадочно отыскивая пути к отступлению. – Я же не могу продать ему машину. Он несовершеннолетний!
– Выписывай документы на мое имя и поторапливайся!
Гарви вырвал две сотни из рук Хеллера, прихватив примерно еще столько же на гербовые сборы и налоги. Потом все с тем же раздраженным выражением лица выписал свидетельство о покупке на имя Мэри Шмек.
Я снова усилил громкость. (…) бездарную полицию. Должно быть, эту парочку разыскивают где-то в другом месте, как это и заведено у полиции. Не может быть, чтобы они до сих пор не обнаружили искалеченные тела двух своих коллег. Гарви так и оставил капот открытым. Распахнув дверцу, он снял машину с ручного тормоза и уже подошел сзади, чтобы вытолкать машину, но вдруг опомнился, решив, что ночь слишком душная для такой работы. Он зашел в свою конторку и вскоре вышел с ключами. Потом он сел наконец за руль и включил зажигание. Мотор взревел, но скоро заработал очень ровно.
– Надо же, завелась! – воскликнул он с самым искренним изумлением. – Должно быть, аккумулятор очень хорош.
– Заправь ее! – крикнула девушка. – Проверь уровень масла, воду и колеса.
Гарви подогнал машину к колонке. Там он заодно проверил наличие тормозной жидкости, масла и прочего и, убедившись, что все в норме, выключил зажигание. Он подлил в радиатор немного воды. Масло было на нужном уровне, и, судя по выражению лица Гарви, его это открытие не обрадовало.
– Можете брать, – сказал он. – Перерегистрацию номеров я проведу завтра.
Хеллер положил чемоданы на заднее сиденье. Девушка уселась на переднем и сама включила зажигание.
– Гарви, – крикнула она. – Ты еще должен нам пять галлонов бензина! Бак пустой!
Уже без всяких любезностей Гарви включил заправочную колонку. Тут ему пришла в голову новая идея:
– Мне разрешается отпускать бензин только полными баками. Это новое правило!
– О Господи, – простонала девушка, бросая очередной взгляд на ведущую к городу дорогу. – Ты еще не проверил состояние покрышек и не подкачал их!
Ворча себе что-то под нос, Гарви наполнил скаты из баллона со сжатым воздухом, после чего вытащил бензиновый шланг из бака и закрыл бак крышкой.
– С вас сорок долларов! – объявил он. – Цена на бензин снова повысилась, и мы еще не успели проставить на ценнике новую. Хеллер расплатился. Девушка взяла бумаги, расписалась на документе о перемене владельца и бросила их Гарви.
– А теперь мотаем отсюда к чертовой матери!
Хеллер, по-видимому, приметил, как Гарви трогался с места. Он повернул ключ зажигания, и мотор заработал.
– Ага, значит, так говорят лошади.
– Ладно, парень, кончай свои шуточки, – отозвался Гарви.
– Еще один последний вопрос, – сказал Хеллер. – А вы не объясните, как на ней летают?
У Гарви глаза полезли на лоб.
– Ты что, не умеешь водить машину?
– Ну, не умею, – признался Хеллер. – Во всяком случае, мне не известны химические двигатели марки «броэм купе элегант», – добавил он, желая во всем оставаться точным. – У которой пятьсот лошадей.
– О Господи, – только и смог прошептать в ответ на это признание Гарви. Но он тут же вновь оживился. – Да ведь здесь автоматическое переключение передач. Главное – ставить рычаг на нужное место. А когда будешь останавливаться, переводи рычаг на надпись «парковка». «N» означает нейтральную скорость, и на нее можно вообще наплевать. «L» означает малую скорость, и тебе никогда не придется ею пользоваться. «D» означает движение на первой скорости. Ты и ею почти не станешь пользоваться. Вот второе «D» – это как раз то, что тебе нужно. Теперь о педалях, что расположены внизу – вон там… нет, я говорю о другой. Это ножной тормоз, и ты давишь на него, когда хочешь остановиться. Вот эта штуковина, что слева от тебя, – ручной тормоз, и им нужно пользоваться, когда ты останавливаешься на склоне холма. А та педаль, которая на полу, – это акселератор. Его жмешь для того, чтобы ехать быстрее. Мотор оглушительно взревел, потому что Хеллер нажал именно на эту педаль.