Дракон стоял на крыше одного из зданий огромного города. Мысли его были тяжелы, а дума печальна. Он сделал то, о чем мечтал все эти тысячилетия: увидел на знакомом лице боль и страдание, видел он и то, как это же лицо смотрело в его, ища поддержки и признания. Но ведь с другой стороны, это ведь была не она. Да что уж, ее уже давно нет на этой земле….. Все бежали и спасались, в отдалении где-то слышался рев. Так могло реветь только Оно. По коже у дракона пошли мурашки. Именно этого создания боялись все. Даже он. Его сковал природный первозданный страх. В гневе Оно было способно на все, что Ему будет угодно. Дракон не знал, что нужно древнейшему существу здесь, и почему его рев такой отчаянный, злой. Впрочем, откуда знать дракону, что на уме у столь величественных, подобных Ему, созданий. Хоть дракон и был силен, но всегда найдется тот, кто окажется не по зубам. Оно, если захочет, одним своим клыком может раздавить дракона в его боевой ипостати. А что же делал дракон внутри Арнольда? Он притаился, опустил голову в ожидании неминуемого.
Вот Оно пришло. Предстало во всем своем величии перед драконом. Оно было в гневе. Дэмиос — так называли это создание корней. Дракон видел, что Оно в гневе. Дэмиос стоял и свирепо наблюдал за тем, как дракон замер испуганным сусликом перед ним. И это удовлетворило его, но не слишком сильно, можно сказать, что это удовлетворение было предвкушающим. Руки дракона все еще были в крови Рэй, да и плащ его заляпали алые капли. В воздухе витал металлический запах, он неприятно щекотал ноздри и пробирался в глубину сознания. В глазах Дэмиоса заплясали чертята, а на скулах выступили желваки. И тут случилось невероятное. Подрнувшись темной дымкой Дэмиос предстал перед драконом в совсем ином обличии. Причем, смутно знакомом. И тут в мозг драконища врезалось узнавание. Перед ним стоял тот самы каторжник, которого подобрала наемница в конце их пути.
— Ты! — обвинительно и одновременно забавно ткнул на Джетта пальцем Арнольд.
— Ну, допустим я! И что? — нагло и уверенно спросил Джетт.
— Что тебе от меня нужно?! — нервно и дергано спросил дракон
— А ты сам не подозреваешь, что мне может от тебя понадобиться? Быть может… твоя жизнь? — заговорщицки зашептал он и блеснул своими алыми, похожими на большие крупные рубины, глазами.
— З-з-зачем тебе жизнь столь н-н-н-никчемного с-с-создания как я? Ик. — заикаясь и периодически икая спросил Ар (так его когда-то звали в ближних кругах). Вот только сейчас, это его прозвище теряло всякий смысл, ведь когда-то бойкий и грозный Ар сейчас стоял и белел от страха на глазах. Чем больше говорил Дэмиос — тем сильнее Ара пробивала дрожь. Душа его была в смятении, а на задворках сознания маячил страх. Сейчас он готов был грохнуться в обморок. Однако, злобный и грозный Джетт не позволял ему это сделать, поставив свои блоки на сознание дракона. Ведь ему не нужен был распластавшийся от страха по земле дракон. Дракон… Велико ли слово? Для Джетта то был не могучий и грозны дракон, а так… Ящерица с крылышками бабочки. Одно дуновение Джетта на него, и у " бабочки " обломаются крылышки.
— Никчемный… — задумлся Дэмиос — это да. Но вся эта никчемность не остановила тебя на пути убийства невиновной девушки, которая между прочим тебя любила. — тут его глаза приобрели более яркий кровавый оттенок. — И ты мне за это ответишь! — с этими словами Джетт приставил к горлу дракона нож, мгновенно оказавшись у того за спиной, а затем прошептал тому на ухо, опаляя горячим дыханием — За все всегда есть расплата, и твоя настанет сейчас. — после чего вонзил нож в сердце Ара. На этот раз он не уснет. Просто умрет также, как и Рэй. Вот только помимо этого его ждет кое-что еще. Так сказать бонус от Дэмиоса.