Глава 10. Более близкое знакомство с семьёй вожака
Она перевела дух и решила немного развеять грусть, сыграв ироничную и кокетливую мелодию из французского фильма «Высокий блондин в чёрном ботинке»*. Аня совершенно случайно вспомнила о ней в долине, впервые взяв в руки флейту, потому что именно в этом фильме она впервые услышала её звучание и даже специально узнавала, что это за инструмент.
(прим. Авт. Композитор Владимир Косма)
Закончив играть, она дала знак выйти музыкантам и посидела молча, вместе с задумавшимися мужчинами. Кирам хоть и думал о своём, но поглядывал на хозяев, Дан уголками губ едва обозначал довольную улыбку, а оборотни не могли вырваться из музыкального плена, да и не хотели. Аня тихонько покинула всех. Вслед за ней тактично вышли советники.
Утром она проснулась от стука топоров: вожак велел сколотить во дворе для гостьи горку и залить её водой. Аня устало упала в кровать — ну, когда её будут воспринимать взрослой? Она собирается стать невестой наследника, а они ей горку строят!
За завтраком Расур выспрашивал, как она относится к охоте.
— Без добычи я никогда не возвращалась, — гордо заявила Аня, — правда, я всего один раз ходила, чтобы доказать своё умение стрелять из лука, — тише добавила она.
— Кхе, а как насчёт рыбки? Ловите?
— Ловлю.
— И часто?
— Нет, пришлось как-то у бера Воркута.
— Хм, старый пакостник устроил вам проверку?
— Что-то вроде этого.
— Говорят, именно после вашего отъезда он решил жениться, — вступил в беседу наследник Вайш.
— Ничего не могу сказать, знаю только, что нашлась достойная оборотница, и лорд Воркут женился.
— Да уж, теперь бера Воркута скучающим никто не назовёт. Ругается с ней на весь город, по лесам от неё прячется, когда она обижена на него, устроил себе жизнь на старости лет! — ехидно заметил Криш.
— Много ты понимаешь, — насмешливо щёлкнул младшего по носу отец.
После завтрака вожак решил, что молодым надо погулять, и Анна, Криш, Вейш отправились опробовать горку. Все проявили чудеса ловкости, никто не падал, и стало бы скучно, если бы к ним не присоединились молодые лейны с оборотнями. Как только образовалась куча-мала, так послышался смех, шутки, появился соревновательный азарт.
Раскрасневшиеся и улыбающиеся наследник с братом и Анна вернулись в замок, чтобы переодеться, а потом Вайш должен был показать ей город. В замке их встретила красивая девушка и, демонстративно не обращая внимания на гостью и младшего сына Расура, прильнула к наследнику, заглядывая ему в глаза и опуская руку между ними. Криш сделал вид, что ничего не видит, а Анна, наоборот, показательно таращила глаза, думая хоть кого-то смутить из пары. Но Вайш, будто позабыв обо всём, приобнял оборотницу, жадно посмотрел на приоткрытый ротик и, с трудом отрывая от неё взгляд, произнёс:
— В следующий раз прогуляемся. Мы все слишком взбудоражены…
Кришу было стыдно перед юной правительницей, но она, будто ничего не произошло, спросила:
— Кто же эта очаровательная девушка, которую вы почему-то не хотите мне представить?
Чаровница поморщилась, будто от зубной боли и обиженно посмотрела на наследника, будто спрашивая его, что за блоху ты притащил с собой?
— Это Калья, сестра моего друга, — не отцепляя от себя оборотницу, торопливо представил её Вайш и, едва дождавшись ответных слов, они удалились.
— Ну что ж, Криш, значит, в следующий раз, — с беззаботной улыбкой повторила Аня и, помахав ему рукой, скрылась в своих покоях.
Как только закрылась дверь за её спиной, улыбка сползла с лица. Произошёл неприятный и неуважительный момент. Хотелось обидеться, собраться и уехать, пусть побегут за ней, поуговаривают, ведь она им нужна! Но в этот раз у неё другие планы, и мало привезти в долину свободный доступ на земли Серых; поэтому Аня себя уговаривала, что оборотни — не лейны, и она не их правительница. Нельзя так обидчиво реагировать на отдельные случаи!
Она же всегда помнит об этом, уделяет этому внимание и учит их проявлять к ней уважение, но звериная часть оборотней хочет чувствовать силу, а какая в ней сила?
И всё же, — возражала Аня себе, — она уже общалась с сильными вожаками, не чета Вайшу, и они признали её, вели себя показательно уважительно, зная, что все следят за каждым их словом, жестом, и впоследствии никто не позволит себе большего, чем вожак.