Повторяю, у нас нет к вам территориальных претензий, нам нужна мирная, нейтральная Германия, не вступающая ни в какие военные блоки и союзы. Конечно, к вам будут большие претензии со стороны Франции, но мы постараемся ограничить их только колониями и Эльзасом с Лотарингией. Возможно, в этих областях можно будет провести плебисцит об их принадлежности к тому или иному государству. Восточная граница Германии не должна претерпеть существенных изменений.
- Очень щедрый подарок в обмен на голову Вильгельма.
- Его голова нам не нужна. Корнилову нужен скорый мир, а так же надежный союзник в послевоенной Европе. Мы уже имеем печальный опыт заключения послевоенных союзов на примере Наполеона, когда Англия лихо прибрала весь жар к своим рукам, второго такого случая нам не нужно.
Николаи внимательно разглядывал морской берег, пытаясь лихорадочно переварить все то, что услышал. Кофе давно закончился и Энгстрем заказал порции мороженного.
- Не слишком ли большое значение ваши шефы предают моей скромной персоне, пытаясь с помощью нее решить судьбу огромной страны?
- Отнюдь нет. Они исходят из того факта, что вы один из самых информированных людей этой страны, а кто владеет знанием, владеет миром. Так говорили, древние, если мне не изменяет память и с тех пор, в нашей жизни мало что поменялось. Сейчас в ваших руках находиться одно из самых мощных государственных рычагов давления, военная разведка, с помощью которой всегда можно чуточку изменить мир, в ту или иную сторону.
Николаи молча слушал собеседника, стараясь сохранить на лице маску спокойствия, хотя сам прекрасно знал, что Энгстрем во многом прав в своих рассуждениях.
- И как вы представляете способ моего воздействия на происходящее в стране.
- Для взятия под свой контроль, внутреннее положение страны вам будет необходимо выйти на видных депутатов рейхстага и членов правительства и основательно прощупать их настроение. Я уверен, что многие из них уже основательно пересмотрели свои взгляды на жизнь и в душе хотят быстрейшего заключения мира, но при этом сильно побаиваются военного дуэта Людендорфа и Гинденбурга, полностью захватившего власть в стране.
Конечно, одни разговоры ничего не дадут, но вот, новые поражения на фронтах, а они обязательно будут, непременно заставят военных поделиться своей властью с парламентариями для обуздания недовольства тыла длительной нуждой. Вот в этот момент и может произойти конституционный переворот, когда парламентарии провозгласят республику и объявят об отставке кайзера.
- Если бы на самом деле всё действительно было столь же легко и просто, как вы говорите – скептично бросил Николаи, однако в его голосе слышались не нотки негодования, а начавшего торговаться человека. Русский моментально уловил это и примирительно произнес:
- Мы прекрасно понимаем всю трудность этого процесса и готовы помочь вам в этом деле информацией определенного значения, полученной нами ранее, на некоторых депутатов рейхстага. Она способна сделать их более восприимчивыми к словам человека обладающей ею.
В разговоре наступила пауза, которые оба господина не торопились прервать.
- Все, что вы сказали очень интересно, но оно требует полного осмысления в тиши кабинета – произнес Николаи, вставая из-за стола – как вы понимаете, я не готов дать вам сейчас немедленного ответа на ваше предложение.
Русский так же вежливо поднялся и поманил пальцем кельнера:
- Я пробуду в отели еще трое суток, и всегда буду к вашим услугам. Если вам требуется более длительное время для принятия решений, то известите меня через шведский канал. Но только помните, что время не ждет. Всего доброго.
Оба господина вежливо раскланялись, и каждый пошел в свою сторону. Посланец генерала Щукина отправился писать отчет о своей встрече, а господин Николаи предался размышлению о том, куда его завела неудачная попытка построить агентурный канал для продвижения стратегической дезинформации.
Будучи дальновидным человеком, он быстро сообразил, что возможное сотрудничество с русскими, это реальный для него шанс вскочить на подножку уходящего трамвая и прибыть в послевоенную Германию не простым беглецом, а значимой теневой фигурой большой политики.
Кроме этого, приглашение русских к сотрудничеству, давало полковнику прекрасную лазейку на будущее, и в случаи выявления его контактов с врагом, Николаи мог спокойно преподнести это как свои действия направленные на выявление скрытых врагов рейха, заговорщиков и соглашателей, в высоких эшелонах германской власти.