Президент Мексики Карранса истово клял негодного бунтаря ссорившего его с могучим северным соседом, но оказать реальную помощь своим друзьям из Вашингтона не мог. На юге страны зашевелились отряды ранее разбитого Сапаты и поэтому, мексиканский президент не мог двинуть на север ни одного своего солдата. Американский посол только негодующе фыркал, слушая слова Каррансы, а затем величественно изрек, что великая Америка сама справиться с наглым мексиканским выскочкой.
Исполняя приказ президента, генерал Альберт со своей бригадой прибыл сначала в город Альбукерке. Затем, совершая быстрые переходы по прериям Техаса, добрался до Лас-Крусес, оттуда намеривался начать поиски Вильи.
Собираясь поймать «мексиканского разбойника», Альберт не намеривался ограничиться одной территорией Штатами. «Если это будет нужно, мы будем преследовать противника хоть до самого Мехико» - заявил он своим офицерам.
Основные сведения о противнике Вильгельм Альберт черпал из докладов губернатора штата и газетных репортажей, которые в числах и лицах подробно описывали деяния обнаглевшего революционера. Таким образом, общая численность сил повстанцев оценивалось в пятьсот – шестьсот человек, которые, конечно же, не шли ни в какое сравнение с тысячей двухсот солдат бригады Альберта. Весь настрой американцев заключался только в одном, найти и наказать злодея Вилью вместе со всеми сообщниками посмевших бросить вызов американской нации.
Камо энергично готовился к встрече «дорогих» гостей и результатом этих приготовлений стала конфискация четыре рессорных бричек на гасьендах местных помещиков для установки на них станковых пулеметов. Вилья одобрил идею Камо, но разошелся с ним во взглядах, на что следует ставить пулеметы. Он страстно и эмоционально доказывал о необходимости привлечения в качестве движущей силы автомобиль.
Их спор решил эксперимент, в котором, рессорная бричка показала своё преимущество перед машиной, которую еще нужно было постоянно заправлять бензином и маслом. Скрипя сердцем, Вилья согласился с Камо, и как оказалось потом не напрасно.
С помощью присоединившихся к ним местных следопытов кавалеристы Альберта легко вышли на след отряда Вильи, который располагался на самой границе, видимо готовясь к новому нападению на американскую территорию. Как донесли разведчики, противник стоял всем табором в открытом поле, совершенно не утруждая себя маскировкой. Их общее число примерно соответствовало пятистам, что окончательно успокоило генерала. Диспозиция будущего сражения напрашивалась сама собой, и не долго думая, Альберт приказал перейти границу и атаковать неприятеля.
Рано утром следующего дня, американская бригада перешла границу и устремилась в направлении лагеря врага. Мексиканцы за прошедшую ночь не снялись со своего бивака, а даже немного продвинулись к границе, где и произошла историческая встреча отряда Вильи с бригадой генерала Альберта.
Ах, как заливисто звенели армейские трубы, призывая американских кавалеристов в атаку на противника. Как рьяно и резво несли на врага могучие кони своих седоков под гордо реющим звездно-полосатым знаменем. Словно охотники, травящие зайца или лису, устремились на врага всадники в синих мундирах с перекрещенными на тулье шляп белыми саблями.
Обнаружив приближение американцев, всадники Вильи не приняли бой и стали стремительно отходить в направлении отрогов Сьерра-Мадре, где видимо, надеялись укрыться от вражеских клинков. Началась отчаянное состязание между двумя конными отрядами, и расстояние между ними медленно сокращалось в пользу американцев.
Генерал Альберт не остановил своих солдат, очертя голову преследовавших врагов. Если бы дело происходило в горах или хотя бы холмистой местности у него бы возникло подозрение, что враг заманивает его кавалеристов в ловушку, но впереди была только ровная, как стол каменистая поверхность пустыни, на которой все было прекрасно видно как на ладони.
Неожиданно перед отчаянно скачущими мексиканцами, возникли расположенные в ряд повозки, которые всадники старательно обходили стороной или пролетали между ними, не останавливаясь. Видя, что всадники Вильи без проблем миновали стоящие повозки, американцы, не задумываясь, стали повторять маневр беглецов, не придавая стоящим повозкам никакого значения.