Оценивая все ранее сказанное, я считаю, что для полного разгрома Австрии будет вполне достаточно одного хорошего удара.
- Не слишком ли рано вы хороните австрийцев, недооценка сил врага и переоценка своих сил очень чревата драматическими последствиями особенно на пороге окончания войны – предостерег Корнилов Духонина.
- Никак нет, Лавр Георгиевич, нынешнее состояние австрийских солдат, очень схоже с тем, что переживала наша армия в марте 17, уж вы мне поверьте.
Корнилов еще раз пробежался глазами по карте, оценивая все сказанное своим помощником, а затем удовлетворительно произнес:
- Да, теперь я вижу, что вы не зря провели эту ночь. Подготовьте приказ Деникину за моей подписью о принятии предложенного Дроздовским плана наступления на Вену с вашими добавлениями.
Главковерх отошел от стола и посмотрел на облетевший лес за окном поезда.
- Разгром и уничтожение такого старого врага как Австрия приятное и полезное дело, но мне неимоверно жаль своих солдат, которые лягут в чужую им землю, ради чужих интересов. Скажите Николай Николаевич, как, по мнению наших дипломатов, сложиться послевоенная судьба этих земель?
- Не знаю как наши дипломаты, а я считаю, что австрийцам следует оставить лишь их коронные земли, а все остальное, полностью поделить между сербами, чехами и словаками, включая всю территорию Венгрии. Они вполне этого заслужили.
- Эко вы хватили милейший. Этого нам наверняка не позволят наши союзники Франция и Англия. Им появление сильных славянских государств на юге и в центре Европы, острый нож в сердце. Так что говорят дипломаты?
- Наши союзники не против объединения части австрийских земель вокруг Сербии, которую они, видят во главе нового государства Югославия. Естественно страной будет управлять король Александр, что вполне приемлемо и для нас. Что касается чехов и словаков, то у запада пока еще нет четких представлений о границах этих новых государств. На своего короля они вряд ли согласятся, значит, это будут республики.
По сведениям генерала Щукина в Праге уже создано подпольное правительство народного единства во главе с доктором Масариком недавно прибывшего туда из Женевы. Он ранее был в России и ратовал за признание Чехословакии независимым государством.
- Хорошо – тихо и внятно произнес Корнилов, не отрывая взгляда от окна – хорошо бы, что и после войны они бы помнили, на чьих костях взойдет их свобода.
Согласно предложению Ставки начало планируемого наступления Дроздовский перенес на 13 ноября. Отправляя наверх предложение о штурме Вены, генерал и не предполагал, что получит столь серьезную поддержку в лице ударных частей конной армии генерала Мамонтова. Появление под Будапештом многочисленного и опытного подкрепления, моментально вселило в сердца солдат полную уверенность в успехе операции. – « Дадим Карлу по шапке» - такими словами подбодряли друг друга кавалеристы и пулеметчики в день перед началом наступления.
Прежде чем, совершить свой последний бросок, Дроздовский решил оттянуть к Буде, еще не занятой русскими войсками, некоторые части из корпуса Кляйстера и в течение двух дней бурно имитировал подготовку к форсированию Дуная и штурму Буды. Подошедшая к Пешту осадная артиллерия, отправленная сюда ранее Деникиным, вела интенсивный обстрел вражеских позиций на противоположном берегу, в то время как саперы на глазах у противника демонстративно готовились к наведению переправы. Все делалось в лучших традициях классической школы осады и у противника не возникло сомнения в скором начале форсирования Дуная. Командующий гарнизоном Буды генерал Шаргари, срочно затребовал у Кляйстера подкрепления и как не странной получил его в виде четырех батальонов пехоты, которые переправились через Дунай в районе Комарно.
13 ноября, оставив малую часть своих сил в Пеште, Дроздовский вместе с Турчиным двинулись вверх по берегу Дуная. Первым городком оказавшемся на пути движения конной армии, был Вац, в котором укрылись остатки войск генерала Дьюлы. В нем находилось около полка пехоты, которая страшно испугались появление русской конницы, встречи с которой были очень свежи не только в памяти, но и на теле венгров. Поэтому когда стало известно о приближении к городу русских, комендант гарнизона незамедлительно выслал парламентеров для выяснения условий своей капитуляции.
Подобное известие сильно удивило Дроздовского ожидавшего яростного сопротивления, но вместе с тем и несколько огорчили. Перед своей сдачей, командир гарнизона известил о своем намеренье Вену, и теперь наступление не оставалось тайной для противника. Как следствие этого император Карл потребовал от Макензена немедленного вмешательства, сопровождая свой призыв уже ставшей привычной угрозой к капитуляции под натиском врага.