Англичане в ответ хранили гробовое молчание, всем своим видом показывая, что сообщение с «Корфу» было явно не для них. Тогда экстренное сообщение было отправлено Колчаку, который лаконично ответил: «Держитесь, помощь идет». Сделано это было открытым текстом, с тем расчетом, что его прочтут британцы и воздержаться от резких действий. Однако предупреждение русских кануло в Лету. Адмирал Лоренс имел четкий и ясный приказ, во что бы то ни стало занять Александрию и подавить мятеж.
Чувствуя решимость противника, и желая не допустить кровопролития, эсминец «Корфу» высадил на берег Хвостова, а сам под командованием капитан-лейтенанта Калюжного направился в сторону британской эскадры. Это был храбрый и отважный поступок. Лоренс немедленно запросил дальнейшие инструкции с Мальты, где находился особо поверенный по делам империи на востоке лорд Вудсток и в ответ получил яростный ответ: «Выполнять приказ!» После этого орудия британской эскадры дали предупредительный залп по русскому эсминцу. Огромный лес белых столбов вырос перед «Корфу», преграждая дорогу отважному кораблю. Калюжный немедленно оповестил Колчака, что атакован британцами и вступает в неравный бой.
Единственным спасением эсминца в этой схватке была его скорость, благодаря которой корабль мог идти на прорыв из Александрии на соединение с эскадрой, но Калюжный поступил иначе. Он устремился в атаку на ближайший линкор британцев «Куин» и, приблизившись к кораблю, выпустил по нему торпеду. Действие русских моряков было столь неожиданным для британцев, что они просто просмотрели рывок «Корфу» за что поплатились поражением линкора.
Пораженный в носовую часть «Куин» моментально осел по ватерлинию, набрав в себя значительное количество забортной воды, отчего линкор сразу сделался неповоротливым. Как только русский корабль проявил свою азиатскую коварность, благородные европейцы немедленно ответили ему огнем всех калибров.
Стреляли британские комендоры неважно, но все же один из снарядов разорвавшийся вблизи левого борта «Корфу» повредил его машину, и скорость эсминца стала падать. Подобно птице с перебитым крылом «Корфу» стал уходить в море, а вслед ему густым роем неслись вражеские снаряды. Но Калюжный не растерялся. Быстро поставив дымовую завесу, он надежно укрыла эсминец от огня англичан. Раздосадованный результатом стрельбы Лоренс бросил в погоню за русским эсминцем два крейсера «Ливерпуль» и «Фальмут», а сам приготовился к бомбардировке Александрии, так как отпущенное египтянам время, давно истекло.
Расположив свои корабли вне зоны огня береговых батарей, Лоренс обрушил всю свою огневую силу на форты Фарос, Ада, Мекс и Рас-Эль-Тин. Адмирал посчитал, что пятичасового обстрела египетских укреплений, будет вполне достаточно для их полного уничтожения.
Прошло полчаса бомбардировки, и к эскадре приблизился «Ливерпуль», сообщивший адмиралу, что с русским эсминцем покончено, но при этом флот Его Величества потерял крейсер «Фальмут» торпедированный противником.
Тем временем, развернувшись на траверсе мыса Абу-Кир, британская эскадра неторопливо забрасывала защитников города двенадцатидюймовыми снарядами. Все побережье Александрии окуталось дымами многочисленных разрывов, сквозь которые то тут, то там были видны клубы пожарищ. Британские наблюдатели вновь просмотрели русских, которые все-таки прибыли на зов своего эсминца. Правда, это пока были не линкоры Колчака, а лишь тяжелые гидропланы, которые быстро приближались к эскадре Лоренса, идя на небольшой высоте. Огромные бомбардировщики типа «Илья Муромец» шли двумя рядами по четыре самолета, лениво помахивая крыльями. Англичане уже знали, что русские научились использовать эти махины как торпедоносцы, поэтому на кораблях сразу объявили воздушную тревогу.
Со страхом и напряжением всматривались английские моряки в темные силуэты русских аэропланов приближавшихся к их кораблям. Подобные эмоции были вызваны не только предчувствием скорого сражения с противником. Просто не каждый из кораблей адмирала Лоренса имел на своем борту пулеметные установки, несмотря на специальное предписание Адмиралтейства.
То, что случилось далее, было настоящим шоком для английских моряков. Не сбавляя скорости, несмотря на открытый пулеметный огонь, русские самолеты летели прямо британские корабли, явно намериваясь бомбить их с небольшой высоты. На каждый линкор англичан, за исключением «Имплэксибл» приходилось по одному бомбардировщику. «Имплэкейбл», русские летчики по ошибке приняли за флагманский корабль, и его атаковали два самолета. Британцы со страхом и трепетом смотрели на русские самолеты, ожидая от них какой-то каверзы, и они в этом не ошиблись. Прорвавшись сквозь слабый заградительный огонь кораблей, не снижая высоты, русские самолеты принялись сбрасывать бомбы на палубы морских громад.