Радист едва успел отстучать этот приказ в эфир, а госпожа судьба легким щелчком пальцев внесла коррективу в адмиральские замыслы. От меткого огня комендоров господина Бенке, эскадра адмирала Хаксли лишилась линкора «Тесей». Попадание крупнокалиберного снаряда в левый борт корабля привело к образованию пробоины, ликвидировать которую экипаж корабля не смог. Линкор стал неотвратимо погружаться в воду. Командир «Тесея» капитан Худ, попытался выброситься на берег, но корабль затонул, не дотянув всего одну милю до своего спасения.
Намерение британцев подвести его потрепанные линкоры под огонь береговых батарей Дувра, не осталось незамеченным для адмирала Шмидта. Прославленный адмирал не собирался рисковать своими кораблями и потому он решил отступить, приглашая противника начать новый этап догонялок. Не успели линкоры Леги вступить в бой, как корабли противника совершили поворот «все вдруг» и начали отход на норд-ост, заманивая противника в новую ловушку.
Имея приказ сэра Эшби атаковать врага, адмирал Леги бросился в погоню за врагом. Да и как не броситься, если в самом начале преследования, дети Альбиона неожиданно получили фору, да еще какую! Выполняя маневр отступления, два германских линкора налетели на мины, сорванные недавним штормом со своих якорей. Флагманский «Баден» уцелел, отделавшись лишь пробоиной в правом борту и потерей хода. Хуже было с «Ольденбургом». Подводный взрыв в носовой части корабля вызвал сильнейшую детонацию боезапаса корабля и линкор взорвался. Все произошло так быстро и стремительно, что никто ничего не понял. В один момент, на месте линкора вырос огромный черный столб, щедро усеявший морское пространство множеством осколков несчастного корабля.
Ободренный столь неожиданным поворотом событий, адмирал Леги с удвоенной силой бросился преследовать отступающего врага. И фортуна вновь благоволила британцам. Сосредоточив весь огонь на «Бадене» они добились нескольких попаданий по вражескому флагману, одно из которых стало роковым для немцев. Разорвавшись в непосредственной близости от боевой рубки линкора, вражеский снаряд забросил сквозь смотровую щель множество осколков, от которых не было никакого спасения. Один из них, своим острым как бритва концом, поразил адмирала Шмидта в голову.
Прошло десять минут беготни и неразберихи, прежде чем в воздух взвился сигнал: «Адмирал передает командование эскадрой». Бенке моментально отреагировал на столь важные изменения и приказал эскадре следовать прежним курсом. К несчастью для англичан, он был полностью в курсе плана покойного и не собирался отступать от него ни на шаг. Вся соль плана адмирала Шмидта заключалась в повторном использовании торпедных катеров, которые спешено, подтягивались к месту боя с помощью эсминцев.
Леги, подобно своим предшественникам не смог правильно оценить всю ту угрозу, что исходила для его исполинов со стороны вертких катеров, неожиданно возникших на пути эскадры. Сохранив по еще одной торпеде, катера представляли собой грозную силу, способной изменить всю картину сражения. Что и произошло.
Эсминцы Мауве умело отвлекли на себя корабли прикрытия и шедшие за ними торпедоносцы устремились в атаку. Результат был потрясающий. От тех торпед, что попали во врага, сразу затонули «Канопус» и «Венджине». Словно огромные игрушки, плавно и не торопливо они переворачивались килем вверх, обнажая заросшие водорослями и ракушками свои днища. Флагманский «Трафальгар», благодаря особенностям своей конструкции какое-то время держался на плаву, но затем стал проседать на корму, неторопливо погружаясь в море. Агония корабля продлилась шестнадцать минут, что позволила большинству экипажа благополучно перейти на миноносцы. Проглядев момент атаки на линкоры, они торопились рассчитаться с торпедоносцами, благо у многих из них закончилось топливо. Так было уничтожено трое из шести торпедных катеров участвовавших в атаке, прежде чем эсминцы Мауве пришли на помощь, своему новому чудо-оружию.
Единственный из оставшихся в строю линкоров «Формидэбл», возле борта которого впритык прошла выпущенная с катера торпеда, моментально развернулся и устремился к Дувру, так как из охотника в мгновение ока, он превратился в добычу. Немцы некоторое время вели по нему огонь, но от дальнейшего преследования отказались, так как их корабли имели серьезные повреждения. Дуврское сражение серьезно обескровило обе враждующие стороны.