Мы решили сделать крюк, чтобы обмануть её, сиганули в другую сторону, к обрыву. Через деревья мы спустились к реке и по берегу вернулись в деревню, чтобы спрятаться. Виляя между участками, мы забежали в знакомый дом. Он был большим и, кажется, там было полно народу. Мы забежали внутрь, моля о помощи, но местные даже не шелохнулись, а в следующую секунду зашла она. Она смотрела только мне в глаза, словно других здесь и не было. Как и полагается, все стояли, молча опустив взгляд. Это напоминало живой ринг, человек пятнадцать вокруг и трое внутри. Хоть у этой старушки и было хрупкое тело, но пасть была, как у акулы, а когти, как у медведя. Бешеные пронзающие глаза меня пугали, потому что были полны голода... Она сделала шаг, и мы стали обороняться. Хорошо, что пока бежали, схватили палки где-то. Мы стали бить её со всех сторон, а она даже не сводила взгляд. Тут я поняла, что она преследовала нас всё это время по пятам, она ведь не человек... (Думаю, это тот самый момент, когда в каждом из нас срабатывает переключатель. Когда солдат решает убивать и не колебаться.)
Она всё пыталась схватить мою руку, а мы засовывали ей палки в рот и держали ими шею. В этот момент я схватила её за голову. Её взгляд бегал от моих глаз к моей руке, язык так и пытался коснуться её, казалось, её собственное тело ей было не нужно, лишь бы получить желаемое. Нам удалось повалить её, и, пока я, держась ногами за её корпус, сжимала ей голову, моя подруга держала её руки, чтобы те не добрались до меня. Я стала крутить... В прямом смысле я стала сворачивать ей шею. Хруст за хрустом... Провернув несколько раз... Наконец, её тело обессилело и упало, когда её голова в моих руках даже не пыталась сдаваться. Она была как колобок, блин, уворачиваясь от наших рук и в то же время нацелившись на них. Но, видимо всё же теряя силы, или же от нашего давления, сжималась по чуть-чуть. До тех пор, пока не стала размером с теннисный мячик.
Я сжимала её голову в руке, направляя пасть в пол, пока моя подруга копалась в наших вещах. Она достала что-то типа маленького круглого шредера. Измельчитель пригодился как никогда, ведь даже в таком состоянии эта тварь пыталась вцепиться мне в руку. Ещё сложнее было запихать её в этот шредер, я боялась, что, если просто разделить её пополам, проблем удвоится. Поэтому мы пропускали эту головку, словно через мясорубку, пока не убедились, что ни один из кусочков не шевелится. Таким образом, можно сделать вывод, что чем чаще ты встречаешься с кошмарами, тем прогрессивнее становятся ваши бои. Появляется больше деталей и больше реализма, ведь твой мозг учится и совершенствуется. Однако, вот загвоздка, ты изначально должен быть не слабонервным, чтобы пережить это.
Однако, есть и второй путь, как я уже сказала вначале, это “проиграть” или попусту отдаться судьбе. Так случилось в предыдущей моей встрече с Кошмаром. Это был какой-то заколоченный старый дом. По легенде его перестраивали множество раз, но жертвы были всегда. Я была в компании друзей. Может просто любопытничали, как и в любом типичном фильме ужасов. Мы открывали комнату за комнатой с невероятными интерьерами, словно попадая в разные эпохи. Я точно не помню, зачем мы так тщательно всё проверяли, может, у нас была цель найти или сделать что-то конкретное. Может быть, на самом деле там были рабочие, а я — новым владельцем? В такие моменты сложно сказать наверняка, ты просто делаешь что-то, чувствуя, что так и надо, вот и всё.
В какой-то момент стали происходить странные вещи. Звук, свет, в общем, как по сценарию, понимаю я, размышляя над этим сейчас. Но тогда атмосфера потихоньку становилась зловещей. В какой-то момент, обернувшись, я увидела прозрачный силуэт и направилась за ним. Это точно была женщина, и видимо та самая, из древних легенд. Что-то типа того, что она и является источником всех бед. Кажется, её с детьми убили в этом доме из-за жадности, и теперь она губит всех, кто пытает отобрать у её семьи этот дом. Можно сказать, что это поступок любой настоящей матери. У её детей отняли счастье, и до сих пор продолжают... Наконец встретившись с ней, мы поняли, что не уйдём отсюда живыми, поэтому я попыталась договориться с ней, обменяв свою жизнь, как виновницы беды, на жизни остальных. С этой мыслью я и поддалась её деянию. Помню, как она схватила меня за шею и, словно осушив, превратила в куклу с черепом на перевес. Я стала призраком, как и она. Было страшно умирать. Это походило на то, будто через тебя пропускали ток каждый раз, когда я её видела. Но я быстро приноровились к новому образу. Самым прикольным было проходить сквозь стены. Я могла добираться туда, где никогда и не было почти людей. Однако, роль призрака означала безучастность. Я видела, как приходили новые люди и менялись стены в этом доме. Словно перематывая скучные эпизоды фильма, я ждала, что сделает главная “мадама” в этот раз. В одной из комнат, я нашла и другие головки с тельцами, как то, которое осталось после меня, возможно, я была не единственным человеком, которому “Мать” даровала “милосердие”.