– И все равно принесла эту еду в комнату, – более холодным тоном добавил он.
– Да, – едва слышно ответила Алис. Я представила, как она сжалась под взглядом хозяина и почувствовала странное удовлетворение.
– В последнее время ты хорошо справлялась со своими обязанности, но, видимо, ты решила, что лучше сделать себе хуже. Сейчас ты отправишься получать наказание, а после будешь проверять всю еду, чтобы она не была отравлена. Если такое повторится, ты знаешь, что с тобой будет.
– Д-да, х-хозяин, – казалось, ее голос дрожал, она стала заикаться. Появилось мысль, что наказание может быть очень жестоким, если лекарь так на него отреагировала.
Женщина медленно подошла к кровати и забрала посуду, после чего вышла из комнаты. Хозяин же остался и смотрел на меня, словно я провинилась перед ним. Но в этой ситуации я – пострадавшая сторона.
– Как давно это продолжается? – с притворным спокойствием спросил мужчина, оставаясь стоять на месте где-то посреди комнаты.
– Несколько дней, – я не стала лгать.
– Почему ты мне раньше об этом не сказала?! – мужчина явно сдерживался, чтобы не закричать.
– А зачем? – наверное, со мной что-то произошло, потому что я оставалась спокойной. Едва удержалась от того, чтобы не скривиться, во рту чувствовался неприятный тошнотворный запах. – Разве вас это интересует? Мы оба знаем, что это не так.
– Лиза! – он сорвался, перешел на крик, из-за чего я невольно вздрогнула.
Хозяин сделал несколько больших вздохов, пытаясь успокоиться. Может, подумал, что смог испугать меня? Нет, я не боялась его, когда он кричал. Я боялась, когда приказывал. Послышались шаги, он подошел ко мне, присел на корточки.
– Лиза, ты должна сразу говорить мне обо всем, что с тобой происходит, – если бы я для него что-то значила, могла бы посчитать, будто он пытается говорить ласковым голосом. Но хозяин просто хотел быть спокойным.
– Я... – понимая, что сейчас самое лучше время рассказать про визиты сынка, открыла рот... и сразу же закрыла. Не смогла, слова не шли, голос внезапно куда-то пропал.
– Ты что-то хочешь мне сказать? – догадался он, но мне оставалось только отрицательно покачать головой.
– Надеюсь, из того, что я тебе сказал, ты поняла все, – он поднялся и направился к выходу. Около двери остановился и посмотрел на меня.
Странно, я каждый раз чувствую, когда он на меня смотрит. Могу определить, в какой части помещения он находится в этот момент. Знаю, каким взглядом он на меня смотрит.
Мужчина ничего больше не сказал, вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Впадать в истерику желания не было. Я уже выплакала все, что только можно, да и толка в этом никакого нет. Слезами горю не поможешь.
Глава 7
Несколько дней было тихо, хозяйкой сынок приходит всего один раз. После его ухода заметила одну вещь – когда не сопротивляешься, просто лежишь пластом, он не применяет насилие. Сделал своё дело и ушел. Как бы мне неприятно было это признавать – но так было проще. Об удовольствии, о котором говорила Алис, не стоит вообще говорить. Только ненависть и безразличие ко всему, что происходит. И вера в то, что когда-нибудь это закончится.
Алис жить надоело – об этом я подумала, когда на следующий день после разговора с хозяином, она в обед принесла мне отравленную еду. Не успела я поесть, как все попросилось обратно. Женщина ничего не сказала, просто вылечила мой организм, избавила от яда. Я никак не могла понять, зачем меня травить, если ей все равно придется меня лечить? Да и хозяин не сильно обрадуется, если с его игрушкой что-то случится. Лекарю действительно жить надоело. Я пыталась сказать об этом хозяину, но разговор у нас не заходил. Он, как обычно, приказал – я сделала и на этом все. Таким было наше общение.
С того момента один раз в день мне приносили отравленную еду, и я не могла предположить, будет это в обед, на завтрак или ужин. Потому что каждый раз было по-разному. Вчера я отправилась завтраком, позавчера ужином, а до этого обедом. Я понимала, что совсем отказаться от еды не могу. Я ведь живой человек, мне нужно чем-то питаться, чтобы хоть как-то продлить свою никчемную жизнь.
***
Я на интуитивном уровне знала, когда по времени прием пищи. Уверена, время всегда было одинаковым, без отклонений на полчаса или час. Вот и сегодня, зная, что скоро обед, вынырнула из своего черно-белого мира. Я так скучала по красочным цветам! Мне так не хватало яркости в этом мире!