Я вновь оказалась в темноте, но только теперь ощущала себя по-другому. Что-то изменилось, сейчас не так, как было во снах. Меня не просто окружала тьма, она стала со мной одним целым. И вместо страха я ощутила спокойствие.
Пришла в себя от того, что кто-то плеснул воды мне в лицо. Закашлялась и перевернулась на бок, выплевывая ее на пол, она попала в рот. Потерла ладонями глаза и приоткрыла веки.
– Почему здесь темно? – непонимающе спросила я, пытаясь увидеть хоть что-то.
– Ты что, больная совсем? Под дурочку косишь? – не поверила мне Юля. – Рассказывай, что ты ещё видела.
– Я ничего не вижу, – почувствовала приближение паники и не обратила внимания на головную боль. – Почему здесь темно? Включите свет! Что происходит? Почему я не вижу ничего?..
– Неужели она потеряла зрение? – после минутной тишины негромко предположил кто-то из женщин.
– Она притворяется, – добавил кто-то.
– Вот именно! Не верьте ей! – приказала начальница.
– Но я действительно ничего не вижу, – я не смогла сдержать рыданий. – Здесь темно, перед глазами тьма... настоящая тьма. Она повсюду... нет, я не хочу...
– Позови Энору! – отдала новый приказ Юлия. – Пусть осмотрит её. Но я уверена, что она все врет! Просто хочет избавиться от нас!
Несколько минут я сидела на полу, надеясь на то, что это временно. Как жить, когда перед глазами непроглядная ночь? Женщины о чем-то переговаривались, я чувствовала, что они смотрят на меня, но даже не пыталась услышать их слова.
– Что случилось? – послышались шаги, и я услышала знакомый голос с акцентом. – Опять, ты, Юля, не сдержалась? Пойми, тебе не выбраться отсюда.
– Молчи! Приступай к лечению, хотя мне кажется, что она притворяется...
– У тебя нет права мной командовать, – спокойно отозвалась женщина.
Я поняла, что она склонилась надо мной, почувствовала тепло в области головы и закрыла глаза... по крайней мере, мне так казалось. Она закончила, тепло пропало, и головная боль прошла, но в остальном ничего не изменилось...
– Я ничего не вижу.
– Это не в моих силах, – ответила женщина, в ее голосе мне послышались едва уловимые нотки вины. – Я могу лишь вылечить травмы твоего организма, и я сделала это, ты здорова. Но вернуть возможность видеть я не смогу...
– Я навсегда останусь во тьме? – не скрывая своей надежды на то, что это неправда, спросила я.
– Мне нечего тебе ответить, с подобным я ещё не сталкивалась.
– Что мы теперь будем делать? – прозвучал голос какой-то женщины.
– Я пока не знаю. Отведите её в комнату, потом решим, что с ней делать, – голос Юли снова был полон презрения.
– Что здесь происходит?* – где-то в комнате прозвучал незнакомый приглушенный голос мужчины, отчего я вздрогнула и затихла.
– Хозяин*, – произнесли несколько пораженных женщин что-то на непонятном языке.
– Хозяин... – прошептал кто-то негромко.
– Хозяин, почему вы здесь?* – судя по интонации, это был вопрос, и произнесла его Энора. Акцента в её голосе я не услышала.
– Та девушка на полу, она моя*, – ответил мужчина, и мне показалось, что это было связано со мной. Стало страшно ещё больше. – Она должна быть в моей комнате через полчаса*.
– Конечно, хозяин*, – Энора ответила покорно.
В комнате было тихо, я услышала шаги, которые вскоре пропали, закрылась дверь. Почувствовала, как все женщины посмотрели на меня.
– Что происходит? – я попыталась отползти, но сзади оказалась стена.
– Приведите её в порядок, чтобы выглядела, как человек, – приказала Юля, покидая комнату, судя по звуку шагов, который становился тише.
– Лиза, это был хозяин этого дома, – видимо, Энора присела около меня, её голос прозвучал рядом. – Он хочет, чтобы ты была в его комнате через полчаса.
– Что? Зачем? Я не хочу! Нет! Лучше умереть!
– Успокойся, пожалуйста. Никто из нас не знает, что он будет делать. На моей памяти ещё ни разу он не вызывал к себе женщин. В крайнем случае, он воспользуется тобой, а потом отправит обратно к нам.
– Нет! Только не это! Пожалуйста...
– Прости, но у нас нет другого выхода, – женщина поднялась. – Вы знаете, что делать.