– Вы правы! Тогда давайте подадим заявление в универ через Интернет! А я наколдую, чтобы Иван не узнал об этом!
– Хорошо! Куда хочешь перевестись? – спросил профессор, продолжая искать подходящие вакансии для себя. – Хочешь учиться в Санкт-Петербургском государственном университете? Вот туда как раз требуется преподаватель по русскому языку. Ты будешь учиться там, где я буду работать.
Алиса кивнула и потянула любимого к выходу из здания ЗАГСа. Над городом поднималось долгожданное всеми петербуржцами солнце. Людям Северной столицы всегда не хватало его. Утренняя бесконечная серость на асфальте сменялась тенями от зданий и всякого рода предметов. Дневное светило обожало игру с мерцающими красками, радуя глаза и душу прохожих.
Девушка заметила, что профессор немного успокоился после подачи заявления, и пролепетала:
– Пошлите к Ротонде! Я там проведу ритуал, чтобы Иван не догадался о моих планах учиться в Санкт-Петербурге. И у него не возникло подозрений о нашем пребывании в Северной столице! – Алиса тяжело вздохнула: – Жаль, у меня нет силы, выкинуть себя из его одержимой головы.
– А если тебе попробовать натренировать свои ведьмовские способности? – неподдельно заинтересовался Александр Михайлович.
– Всё равно духи из ада не позволят Ивану забыть меня! – сделала вывод Алиса. – Ведь, по сути, моим главным врагом является тьма.
За разговором они подошли к дому с ротондой. В этом месте концентрировалась энергия древних легенд и мифов. Алиса, ощущая магическую силу, исходившую от её ладоней, прикоснулась к парадной двери – и она плавно открылась. Девушка и профессор вошли в просторный вестибюль с шестью колоннами и величественной круглой лестницей.
Поднимаясь по ступенькам, Алиса впитывала энергию. Её ладони всасывали магию, наполняя тело силой и выносливостью. Прикосновения рук ведьмы к стенам были словно молитвой – она просила духов дома с ротондой поставить преграду, чтобы бывший муж потерял бдительность.
– Отвлекись, Иван, отвлекись! – повелела Алиса.
За её спиной раздалось тихое эхо, и кто-то прошептал ей на ухо:
– Хорошо, хорошо, да будет так!
– Благодарю вас, духи этого дома! – улыбнулась Алиса и обратилась к Александру Михайловичу: – Всё, дело сделано, можно смело переводиться!
– Я напишу прошение в вуз! – смутился профессор, ещё не привыкший к сверхъестественному миру.
Напитавшись магической энергией, Алиса вдруг почувствовала желание повеселиться:
– Пойдёмте, погуляем по славному городу?!
Профессор согласился, и они, словно двое школьников, держась за руки, неспешно шагали по улицам Санкт-Петербурга. Александр Михайлович купил карту с маршрутом по местам, описанным в романе Достоевского «Преступление и наказание». Влюблённые отыскали Кокушкин мост, перекинутый через Екатерининскую канаву[1] – именно к нему в начале произведения направлялся Раскольников.
От моста Алиса с Александром Михайловичем пошли к Сенной площади. Во времена Достоевского её населяло низшее сословие, и именно здесь Раскольников задумал своё преступление. Совершив убийство, он с покаянием целовал пропитанную помоями землю, а затем отправился с повинной в полицейскую контору. Алиса и профессор следовали по его следам, внимательно разглядывая исторические дома Петербурга. Они прошли мимо переулка Гривцова, где Раскольников узнал, что на следующий день старушка останется одна.
Ориентируясь по карте, путешественники дошли до Львиного моста. В те времена за ним располагалась полицейская контора, в которой Порфирий Петрович допрашивал Раскольникова, а затем сюда же Родион пришёл с повинной.
Путники, купив по пути пирожков, вышли к Столярному переулку, там на верхнем этаже здания располагалась крошечная комната Раскольникова, больше похожая на шкаф или скорее на гроб. Путешественники постояли у дома Раскольникова и направились к Вознесенскому мосту. С него в романе мещанка бросилась в Екатерининский канал. На нём же Екатерина Мармеладова заставила своих маленьких детей танцевать, петь песни ради подаяния.
На набережной канала Грибоедова, который во времена Достоевского назывался Екатерининским, стоял дом, в котором Соня Мармеладова снимала комнату на третьем этаже – «угол в ней, был уже слишком безобразно тупой»[2]. Затем путники вышли на Вознесенский проспект к дому №22, где располагалась бывшая Варваринская гостиница – место, куда Лужин устроил мать и сестру Раскольникова в крайне неблагополучном районе, где обитали представители самого дна общества.