— Видел бы ты себя! — рассмеялась вампирша, проигнорировав его последнее действие.
— Не думаю, что она приедет, — ответил он.
— Приедет. Ты ведь ей ОЧЕНЬ дорог, — съязвив на предпоследнем слове, парировала она.
— В любом случае, я свою часть выполнил. Мы уходим.
— Не спеши, мальчик.
— Что тебе ещё надо?
— Просто небольшая страховка на случай, если Джейн всё-таки осознает, что ты не можешь быть чем-то важным для кого бы то ни было. Так что подождёте, детишки.
— Снаружи, — сказал он.
— Как угодно.
Марк повёл Джессику из проклятого дома. Когда они вышли, он увидел, что чёрный катафалк снова стоял на своём обычном месте.
Но другое удивило и взволновало его куда больше — начинало светать. Сандерс помнил, что была полночь, когда он приехал сюда. Теперь же явно около шести. Каким образом удалось «перепрыгнуть» несколько часов, он не знал, но не сомневался, что причина крылась в посещении ужасного мира.
Как бы то ни было, заляпанный грязью «Каприс» терпеливо дожидался хозяев. Сандерс открыл заднюю дверь и помог девушке лечь на сиденье. Вышедшая вслед за ними Элизабет приблизилась к «Шевроле» и облокотилась на капот, невозмутимо глядя по сторонам. Молодой человек запер сестру и расположился на водительском месте, не закрывая своей двери. Он завёл двигатель и включил обогреватель. На часах горело: 5:45 a.m.
Марк почувствовал такую отчаянную безысходность, что больно защемило в груди.
Он посодействовал гибели Джейн, которая свершится очень скоро. Джессика? Да, она осталась с ним, но… Почему он не ощущал никакого облегчения? И должен ли? Менять одного дорогого человека на другого — разве это «облегчение»? А что дальше? Или лучше спросить — КТО?
Прошло пятнадцать минут, в течение которых люди абсолютно не шевелились, словно боясь усугубить и без того чудовищную ситуацию. Вампирша же спокойно сидела на капоте, грациозно демонстрируя и поглаживая свои ноги и время от времени подмигивая Сандерсу, смотрящему на неё вопреки воле.
— Марк, — тихонько сказала Джессика.
Он резко обернулся, включив освещение в салоне.
— Что?
— Я хочу, чтобы ты знал, — девушка протянула руку и дотронулась до его ледяной ладони. — Слова, которые говорила Элизабет — это всё неправда. Я никогда не думала о тебе так и вовсе не потому, что ты мой брат.
— Скоро всё это закончится, — ответил он, посмотрев во тьму за окном. — Я отвезу тебя в больницу, и ты сможешь отдохнуть.
— Я не думаю. Мне так больно, Марк.
Он проглотил застрявший в горле ком и накрыл её руку своей.
— Ты будешь в порядке. Обещаю. Всё образуется.
— А ты?
Он не ответил.
— Эй, голубки, третьей буду? — заглянула в салон Элизабет.
Сандерс отпустил Джессику и вышел наружу.
— Слушай ты, — он сильно хлопнул дверью. — Можешь говорить обо мне, что угодно, но мою сестру оставь в покое!
— Что, не нравится, когда шутят над тобой? — подтолкнула его она.
— Ты уже нашутилась!
— Ещё нет. Но скоро, — она указала пальцем куда-то за его спину.
Марк обернулся и увидел плывущие по шоссе огни фар. Когда через секунду взглянул на вампиршу, её уже не было рядом. Оглядевшись по сторонам и так и не найдя её, он снова посмотрел на приближающуюся машину. Она свернула с шоссе — больше сомнений не оставалось.
Серый «Шевроле Селебрити», покачиваясь на неровностях, медленно подкатился к «Капрису», освещая его ближним светом фар. Некоторое время двигатель продолжать урчать, а потом умолк. Воцарилась такая неправдоподобная тишина, что зазвенело в ушах.
Дверь отворилась, и Джейн вышла из автомобиля, глядя на Сандерса, замершего со странным выражением на лице.
— Марк? — не отходя от машины, спросила она.
— Привет снова, Джейн! — услышала она за своей спиной, и через секунду почувствовала руки, обхватившие её шею. Резко вырвавшись, девушка испуганно прижалась к переднему крылу «Селебрити», глядя на Элизабет.
— Что здесь происходит? — вымолвила она.
— Только не говори, что не ожидала ничего подобного, милая. Впрочем, я тебе всё объясню. Видишь ли, — вампирша приблизилась к ней и принялась играть с её локонами, то наматывая их на палец, то разматывая обратно, — твоему ненаглядному Марку пришлось выбирать. Он мог остаться с тобой, а мог с Джессикой и, извини уж, выбрал второй вариант.
Джейн посмотрела на Сандерса. Он настолько сильно хотел спрятать свой взгляд, что у него заныла шея, но, тем не менее, не отвёл его.
— Прости меня… — его глаза заблестели. — Прости…
— Очень трогательно, — прокомментировала Элизабет, а потом снова обратилась к девушке. — Так что сейчас это ничтожество и его идиотка-сестра поедут домой, а ты пойдёшь со мной.
Джейн прикусила губу.
— И ты действительно отпустишь их и оставишь в покое НАВСЕГДА? — спросила она.
— Конечно. Я отнюдь не в убытке остаюсь!
— Хорошо, я согласна, — кивнула она.
Марк не верил в то, что слышал. Джейн вновь перевела взгляд на него, и он не увидел в её глазах ничего, кроме странной решимости. Ни обвинения, ни страха — ничего. Только твёрдая уверенность в следующем шаге.
— Тогда пойдём — чего мешкать? Я уже очень сильно проголодалась! — Элизабет потрепала её по щеке и повела за собой в дом. По пути она оглянулась и сказала: — Ну, пока, Марк. Я буду скучать!
Сандерс ошеломлённо проводил взглядом прошедших в здание девушку и вампиршу, облокотившись о «Шевроле», чтобы не упасть.
«Она добровольно решилась отдать себя во власть этой суки, лишь бы спасти нас! — он гонял эту мысль в голове снова и снова, не в силах поверить в то, что свершилось. — Она сделала это ради нас… ради меня. Ради меня? РАДИ МЕНЯ?!!!»
Сознание Марка заволокло пеленой. Не думая ни о чём, он вытащил из-за пояса пистолет, о котором только сейчас вспомнил, и направился к дому.
Глава 48
— Знаешь, я поражаюсь твоему спокойствию, — расстёгивая блузку Джейн, говорила Элизабет. — Обычно жертвы орут благим матом, вырываются, кусаются — в общем, делают всё, чтобы сохранить свою никчёмную жизнь. Но ты — полная противоположность. Неужели ты меня совсем не боишься?
— Нет, — ответила девушка, глядя куда-то в стену. Призрачное сияние, царствующее в доме, плавными волнами скользило по её лицу.
— А то, что я очень скоро с тобой сделаю, тебя тоже не пугает?
— Нет.
Вампирша внимательно посмотрела ей в глаза.
— Хм, ты не лжёшь. Джейн, я тобой восхищена. Я действительно рада, что Марк предпочёл оставить свою сестру себе — она тебе и в подмётки не годится. Честно говоря, прежде — по крайней мере, на моём счету — я таких, как ты, не встречала.
Она умолкла, проведя пальцами по лицу жертвы.
— А как насчёт твоей заветной мечты, которая никогда не осуществится?
Девушка не ответила, но её взгляд переместился на лицо Элизабет.
— Ты НИКОГДА не будешь иметь детей, НИКОГДА не услышишь «Мама!» из уст своего чада, НИКОГДА не воспитаешь «настоящего человека»…
Джейн судорожно сглотнула. Тем не менее, заговорила она достаточно уверенно:
— Ты права. Но не думай, что ты такая умная. Я не только НИКОГДА не буду иметь детей, но и НИКОГДА не буду такой, как ты.
— Может быть. Ладно, хватит разговоров.
Элизабет окончательно обнажила грудь девушки.
— Ты мне ещё благодарна будешь. Очень скоро ты сама кого угодно изнасилуешь.
И она погрузила свои клыки в шею Джейн. Та скривилась от резкой боли, но не шелохнулась. Она безразличными глазами смотрела перед собой, ни о чём, в сущности, не думая. Никаких воспоминаний о прошлой жизни, никакого страха — ничего. Пресное существование, когда осознаёшь только вот эту секунду, которая сейчас. Ни будущее, ни прошлое не волнует — лишь настоящее.
В проёме не запертой входной двери возник покачивающийся силуэт. Джейн взглянула туда и, сразу же очнувшись, выдохнула:
— Марк, уходи!..