— Тьфу на вас! — Ари даже топнула от досады, — почему нельзя было это первым пунктом поставить?
Дрожащие пальцы замерли у ключиц, надавили на белый диск на цепочке, и тусклый свет залил батискаф. Ари еле сдержала стон отчаяния: «Панели управления дохлые».
Иллюминатор под ногами упирается в песок.
И такое отчаяние поселилось, что даже древнее прабабкино «трындец» пришлось к месту.
Батискаф скрипнул…
Качнулся...
И Ари пискнула! Вцепилась в кресло над головой, а круглые от страха глаза шарят по панелям вокруг. Зачем в такую даль послала? Умирать, да? Точно умирать!.. Бункеры встали. Там же будет куча ремонтников. Бе-бе-бе. Репорта-аж… Тьфу!.. Они же автоматические. Это всё из-за Влада, да?.. Делать-то теперь что?.. У-у, чтоб тебя назначили гумусом на гидропонику, крыса муренистая.
Ари топнула.
Батискаф дёрнулся.
А в голове молодой журналистки несётся смеющийся голосок: «Представляешь заголовок: «Укротители Океана»».
«Ага, укротила уже, дура, — Ари от обиды поджала губы, — попалась, как малолетка! Хорошо ей, секретарю всея босса тринадцатого Сателлита: повела ручкой туда — ей сделали то, повела сюда — избавилась от конкурентки… Четыре километра воды над головой! Пять часов на крейсерской до своих! Выберусь — придушу гадину!..
Холодный салон заскулил:
— Дура, чем думала, садясь в этот гроб.
Богатое воображение начало рисовать, как поисковые батискафы найдут эту перевёрнутую железяку … и её… Ари… Мертвой. С перекошенным лицом. Кислород ведь закончится. Или раньше она умрёт от холода: свернётся калачиком на ледяных панелях батискафа и, стуча зубами, будет вспоминать улыбку Влада, пока вечность не заберёт к себе?
Панель впереди сверкнула искрой. Вырвала из видений и кулачёк Ари саданул о пластик. Батискаф заскулил девичьим:
— Трынде-ец, а-а-а?
Тусклый фонарик обшарил крошечный салон. А память осенила инструкцией:
“Включите резервный источник питания. Не тратьте энергию на обогрев”.
Быстро леденеющий салон дробно застучал зубами единственной пассажирки, Ари пошарила взглядом по мёртвым панелям стен, а в голове звучит уверенный голос подруги: «Это автоматический ремонтный батискаф. Просто сиди и ничего не трогай, он сам тебя свозит».
«А я и не трогала!» — Ари с досады шваркнула кулаком о твёрдый пластик. Шикнула: «Чтоб эта мурена морским ежом подавилась со своими вставшими бункерами. Куда эти изверги спрятали управление резервным питанием?»
Сирена заткнулась.
В тишине зубы от холода застучали сильней.
Ари прошла по крошечному салону, протиснулась в самый хвост и нашла заветную надпись «Резерв».
И ручки на панели нет. Как открыть-то?
— Трындец, а?
Ари попыталась поддеть пластиковый лючок панели ногтём. Вспылила визгливым: «Ну открывайся уже!» — и саданула кулачком о панель.
Пластиковая дверца со скрипом открылась.
«Ну ё-моё, — вздохнула про себя Ари, — нажать, что ли, надо было?»
За дверцей нашлась надпись: «Для активации питания потяните вниз».
Ари обеими руками вцепилась в рычаг: потянула, поднатужилась, и пованивающий палёным пластиком салон закряхтел протяжным:
— Трынде-е-ец.
Пальцы соскользнули, а вредный рычаг плавно вернулся наверх.
— Ты это чего? — Ари притопнула от обиды, отчитала батискаф: — Ну ты-то чего, а?.. Тоже решил, что я тут с тобой за компанию подохну? — смахнула подступившую слезу и приказала скулящему испуганной девицей салону заткнуться. Мёртвой хваткой вцепилась в рычаг, а сверху на свет из люка заглянула рыба с прозрачной, словно стекло иллюминатора головой.
— Зажа-арю-ю, — сквозь стиснутые зубы пригрозила ей Ари, и повисла на рычаге всем своим весом, — бры-ысь.
Тусклый свет резко дёрнулся. Рыба метнулась от вспышки, а Ари шлёпнулась на пол и озадаченно покрутила головой в тихом гуле систем аварийного жизнеобеспечения. Проснувшийся компьютер подбил запасы воздуха, резервы аккумулятора и обрадовал:
— Резерв на три часа. Включить дублирующий аварийный маяк?
— Обогрев отключить!