Мастер Джора, вы знаете, что я не трус. Я никогда не отказывался делать то, что необходимо и правильно. Но в пребывании на фронтире никакой необходимости нет. По крайней мере, для нас с вами.
Если вопрос о Кайберовой арке должен был прояснить для меня ситуацию… ну, это не сработало. Джедаи могут проходить по ней в одиночку – и проходят. Наверное, это была просто головоломка, чтобы отвлечь мои мысли от разлуки с Корусантом.
Я не собираюсь передавать вам этот отчет для ознакомления. Это просто попытка разложить все по полочкам у себя в голове. Ничто не заставит вас передумать – уж это я точно знаю.
Но разве худо надеяться, что вы передумаете сами по себе?
Рит отвернулся от голокамеры, ощутив слабое изменение вибрации, означавшее, что перелет через гиперпространство подходит к концу.
– Стереть все, – скомандовал он и встал.
Когда он добрался до противоперегрузочного кресла, Орла Джарени уже устраивалась в своем и поправляла ремни. Лиокс окликнул с мостика:
– Может, закрепить тех идолов получше? Не хватало еще, чтобы злые духи мне мешали садиться.
– Они зафиксированы. – В голосе Орлы было столько уверенности, что Рит и сам почти перестал тревожиться из-за идолов. Те дуновения тьмы, которые они вызывали, уже утихли, и хвала Силе. Жутких видений-предостережений тоже не было, что радовало еще больше. Похоже, ритуал наложения уз сработал идеально.
(Всего лишь очередная сложная задача, которую он уже однажды выполнил, так что незачем было ради этого переться на фронтир! Всего лишь очередная штука, которую важно было изучить и описать для будущих поколений джедаев!)
Мастер Комак присоединился к ним всего за несколько секунд до того, как пришла новость.
– Мы приняли сигнал бедствия, – окликнул Лиокс. – Движение тут все еще перекрыто. Никто другой до них быстро добраться не сумеет…
– Вперед, – скомандовал мастер Комак. – Мы поможем.
Рит мысленно приготовился. Кто-то застрял в космосе? Как они сами не так давно? Если так, то это легко исправить.
– Выходим из гипера! – объявила Аффи. – Держитесь!
Рит ухватился за ремни. Только лишь его пальцы сомкнулись, как корабль вздрогнул, выходя в обычное пространство, и перешел на знакомый неспешный бег на досветовой скорости.
Юноша расстегнул ремни, и в следующую секунду Лиокс пробормотал:
– О боги.
– Что? – спросила Орла. – Что такое?
– Лучше гляньте сами. – Голос пилота был взволнованным, но радости в нем не чувствовалось. – У меня нет слов.
Джедаи бросились на мостик.
Со всяким кораблем могло что-то случиться во время рейса, и он мог выйти из гиперпространства, чтобы устранить неисправность, прежде чем продолжать путь. Несомненно, именно по этой причине корабль и застрял в космической пустоте, где от различных звездных систем его отделяли миллиарды километров.
Но необычно было оказаться почти на расстоянии вытянутой руки от корабля, готового взорваться.
Выглядел он как транспортер, хотя было трудно сказать наверняка при таком смятом и обугленном корпусе. Причем обугленном не в бою: не полосы, оставленные выстрелами, а нечто более зловещее – расползающиеся черные пятна, указывавшие на то, что внутри бушуют пожары. Верхние части корабля, включая мостик, уже успели выгореть. Вероятно, это означало, что командовать эвакуацией некому, хотя медлить было нельзя. Рит не видел вокруг ни одной спасательной капсулы.
Он был готов действовать еще до того, как Орла сказала:
– Ладно, Лиокс, подведите нас к их шлюзу и приготовьтесь к стыковке.
– Вы хотите, чтобы мы пришвартовались к горящему кораблю? – ахнула Аффи.
– Пассажиры в беде, – сказал Рит. – А вокруг больше никого нет. Так что вытаскивать их оттуда придется нам.
Глава 14
Транспортер «Мастеровой» отправился с Цереи, имея на борту триста душ, и шел по гипертрассе, которая считалась чистой. Но оказалось, что открыли ее преждевременно. На «Мастерового» обрушились космические обломки, превратив комфортабельный пассажирский корабль в летающий ад.