– Этого? – невнятно произнес Дез.
– Да, – ответил вожак дренгиров. – Этого. Убей его и будешь свободен.
Рит не успел переварить услышанное, потому что в тот же миг Дез прыгнул на него с зажженным мечом в руке.
– Кто вы такие? – требовательно спросил Комак.
Растительные существа проигнорировали вопрос. Они окружили джедаев в самом сердце амаксинской станции. Нет, осознал Комак: они окружали их все это время.
Он также узнал давящую тяжесть, которая на них опускалась. Эта тяжесть не слишком отличалась от зловещего предчувствия накануне почвотрясения или циклона. Здесь властвовала темная сторона, и ее мощь была выпущена на свободу.
– Ваших предков заперли на этой станции, – сказал Комак. – Много поколений назад. Идолы удерживали их здесь. Я прав? – Даже стоя с мечом в руке и бросая вызов врагам, он хотел оставаться ученым.
Эти слова растения услышали – или, по крайней мере, не стали притворяться, что не слышат. Существа издали шипящий звук, в котором слышалось неподдельное презрение:
– Не предков. Нас самих здесь заперли. Простой трюк, теперь мы это видим… но тогда не увидели. Больше никто не поймает дренгиров так просто.
Но разве идолы не стояли здесь сотни лет? Комак, впрочем, смутно помнил, что некоторые формы растительной жизни могли впадать в анабиоз при неблагоприятных условиях окружающей среды, «спать» многие месяцы и годы или даже еще дольше. Эти дренгиры, очевидно, обладали подобным свойством. В иной ситуации это было бы потрясающе интересно.
– Это потомки тех, кто запер нас здесь, – прорычал один из дренгиров. – Посмотрите на их светящееся оружие. Оно такое же.
Дренгиров заперли здесь джедаи? Но не успел Комак открыть рот, чтобы спросить об этом, как вожак возразил:
– Не такое же. То оружие было красным.
Орла и Комак обменялись быстрыми взглядами. Оба поняли, что это означает.
«Ситхи».
По спине Комака пробежала дрожь. Очевидно, дренгиры сражались с древними ситхами и были взяты ими в плен. Если дренгиры были настолько погружены во тьму, что представляли угрозу для самих ситхов…
Тут вожак дренгиров заявил с широкой ухмылкой:
– Пора поесть.
Комак отреагировал на движение еще до того, как толком его разглядел: молниеносный хлесткий удар на периферии зрения. Клинок меча перерубил нечто вроде колючей плети толщиной с человеческую руку. Отросток упал на пол, но продолжал гнуться, извиваться и чуть ли не ползти.
Но анализировать случившееся было некогда, потому как дренгиры набросились на них.
Обратившись к Силе, Комак предвидел заранее движения противников, что позволяло ему уворачиваться от плетей. Орла же перелетела над ними по широкой дуге и, сделав сальто, приземлилась за спиной у вожака дренгиров. Парные клинки, рассыпая искры, вращательным движением вонзились в ствол существа, оба ярко-белых острия проткнули кору и вышли наружу.
Но вместо того чтобы упасть, дренгир захохотал. Он подался вперед, освободившись от клинков, после чего развернулся к Орле и ударил своей колючей плетью. Комак увидел, что ствол уже начал заживать, отращивая новую ткань взамен утраченной.
«Мать-перемать, – подумал он. – Ну и как убить врага, которого даже ранить нельзя?»
Впрочем, ситуация не была такой уж угрожающей, что стало очевидным в следующее мгновение, когда Комак обрубил нижние щупальца ближайшего дренгира и тот свалился на пол. Он был жив и в сознании, но не мог регенерировать достаточно быстро, чтобы продолжать драку. «Должно быть, эти щупальца критически важны для их равновесия», – решил Комак. По крайней мере, одно уязвимое место, в которое можно бить.
Но даже эти повреждения были временными. А из-за лиан появлялись все новые и новые дренгиры, и стало ясно, что джедаи сражаются не просто с вооруженной группой, а да, с целой армией.
У Деза звенело в ушах. Голова раскалывалась. То существо, которое стояло перед ним, держало в руке огненный меч, как у него самого, и выкрикивало какие-то слова, которых Дез не понимал. Лишь одно было осмысленным: его имя.
Ему больше не хотелось слышать своего имени. И вообще ничего не хотелось слышать. Дез просто хотел, чтобы это прекратилось. Ему сказали, что если он убьет это существо, то прекратится.
Со всей мочи он обрушил клинок на существо. Мечи столкнулись с такой силой, что руки Деза отозвались вибрацией. Противник отшатнулся. Сквозь рев крови в ушах Дез услышал смех дренгиров. Ему хотелось, чтобы и это прекратилось тоже.