– Ты ошибаешься, Марк. Я видел таких, как она. У них всегда есть скрытая цель. Всегда. И когда она станет явной – ты будешь первым, кто окажется на линии огня.
– Спасибо за заботу, – спокойно сказал я. – Но ты забываешь, кто из нас стратег, а кто молчит и делает, как я говорю.
– Пока кто-то в тебя не выстрелит, – проворчал он.
Я усмехнулся.
– Тогда, надеюсь, ты будешь рядом и выстрелишь первым.
Мы снова вышли на центр ринга. Он был зол. Я собран. Так мы и работали. Так мы и держались на плаву. Ева была тайной. И я собирался ее раскрыть. Но на своих условиях. И в свое время.
Телефон зазвонил, прерывая очередной раунд. Я проигнорировал. Но он зазвонил вновь. Значит, что-то случилось. Мы с Мироном прервались, и я подошел взять телефон, лежащий в углу ринга. Охранник Евы.
– Говори, – бросил я, вытирая полотенцем пот с лица.
– Господин Немгар, у нас ситуация. Объект… то есть, Ева, ушла из поля зрения.
Я застыл.
– Что значит «ушла»?
– Она… была в бутиках. Потом сказала, что хочет купить средства гигиены, зашла в аптеку и… не вернулась. Я ждал. Потом проверил магазин, она вылезла через окно туалета во внутренний двор. Камеры зафиксировали только ее затылок. Простите.
Сжав телефон, я почувствовал, как пальцы побелели.
– В каком направлении она ушла? Вы проследили по камерам?
– Она будто знала, где слепые зоны. Попала лишь на одну камеру, недалеко от Южной Башни. Судя по направлению, она двигалась в сторону Черного рынка, но потом мы ее потеря…
Я сбросил звонок, не дослушав. Мирон стоял рядом. Спокойный. Слишком спокойный.
– Она сбежала? – спросил он.
– Да. Умудрилась выскользнуть из аптеки.
Мирон кивнул, не говоря ни слова, достал из кармана телефон и начал кому-то быстро печатать сообщение.
– Хорошо, что я отправил за ней слежку.
Я прищурился.
– Ты что?
– У меня появились сомнения. Я решил, что дополнительные глаза издалека не помешают.
– Ты... отправил за ней хвост без моего разрешения?
– Сейчас не время меряться должностями, Марк, – хмыкнул он. – Это оказалось весьма кстати. Смотри.
Он повернул ко мне экран. Отмеченные точки на карте: один значок – район Южной башни, второй – чуть южнее, в стороне от маршрута. Свод.
– Она провела почти сорок минут в районе Черного рынка. Камер там нет, сам знаешь.
Я провел ладонью по лицу. Чертово логово полукриминальных сделок и серых лиц.
– И что дальше?
– Вышла и направилась в Индустриальный пояс, – Мирон зачитывал отчет от своего человека. – Там встретилась с каким-то мужиком. Лицо частично попало в кадр. Старше, борода, плотное телосложение. Не из наших. Клановых знаков видно не было. Потом они спалили мой хвост. Мужик ушел, Ева отправилась в пентхаус. Видимо, решила не искушать судьбу.
Я выдохнул и уставился в точку.
– Кто он?
– Выясню. Возможно ее друг. Возможно наш враг. Но факт остается фактом: она пошла туда, куда нормальные люди без сопровождения не ходят. Особенно те, кто якобы ничего не скрывает.
Я замолчал. В груди нарастало раздражение. Ситуация выскальзывала из рук. Я не любил сюрпризы, особенно такие.
– Подниму архивы, – продолжил Мирон. – Может, мы уже где-то видели этого мужика.
Я кивнул. Медленно, сдерживая эмоции. Надо было вернуться в пентхаус. И поговорить с Евой. Спокойно. Без угроз. Но так, чтобы она поняла раз и навсегда. От меня не убегают.
***
В пентхаусе пахло едой. Острым, пряным, чем-то домашним, теплым. Неожиданно. После разговора с Мироном я ждал, что меня встретит холодное молчание. Но не это.
Она сидела на кухне. Волосы чуть влажные, на ней была темная футболка и свободные шорты. Ее босые ноги были поджаты на стуле. На столе стояли две тарелки с курицей и запеченными овощами. Еда была явно только приготовлена: еще дымилась. И как она подгадала со временем? Ева обернулась и улыбнулась, как будто я вернулся с работы после обычного дня. Как будто мы были парой, женатой уже двадцать лет. Как будто она не сбегала сегодня. И не оставляла в дураках и охрану, и меня.
– Привет, – сказала она. – Я тут решила, что раз я всё равно сижу взаперти, стоит готовить что-то полезное. Попробуешь?
Я не ответил. Просто стоял, глядя на нее. Она поднялась, взяла одну из тарелок и подошла ко мне, на вилке – кусок куриной грудки в соусе. Поднесла к моему рту.
– Попробуй. Только осторожно, горячее.
Я оттолкнул ее руку. Она чуть пошатнулась. Тарелка выскользнула из ее рук, упала и разбилась, еда полетела на пол. Она вздрогнула. Посмотрела вниз, потом на меня.