– Я хочу выйти. Позавтракать в кафе, – произнесла я ровно, глядя одному из охранников прямо в глаза.
– Маршрут? – он уже касался наушника в ухе.
– Где-нибудь рядом. Не важно. Просто хочу есть.
Секунда на передачу, еще пара на одобрение. Интересно, у кого они получают разрешение: у Мирона или напрямую у Марка? Но сейчас не время для расспросов, выясню позже.
Когда мы с охранниками спустились вниз, машина уже ждала – как всегда. Водитель на месте. Один охранник впереди, рядом с ним. Второй сзади, по левую руку от меня. Всё по стандарту. Мое сердце бешено колотилось. Это был не страх, нет. То было предвкушение. Я прислонилась головой к окну, будто бы устала, пока водитель заводил машину. Но не успел он опустить рычаг ручного тормоза, как одним движением моя рука скользнула в куртку и вынырнула с двумя шприцами. Один – в шею водителя. Второй – в шею охранника впереди. Их тела дернулись синхронно. Охранник рядом со мной повернулся, его рука потянулась ко мне, но я была быстрее. Еще один шприц.
Три укола. Три тела. Тишина.
– Извините, – прошептала я и выбралась из машины.
Ноги дрожали, но не от страха, от адреналина. Я знала, что мне это аукнется. Я знала, что мне придется оправдываться перед Марком, что, возможно, я допускаю ошибку. Но мне нужна была разрядка, мне нужен был бой. И я не могла ждать.
Я вышла из подземного гаража Башни и свернула за угол, встав так, чтобы не попадать под камеры. Единственное маленькое слепое пятнышко у твердыни Немгаров. Поймав такси, я быстро доехала до границы Индустриального пояса. Машина остановилась у заброшенного терминала, дальше водитель ехать не решился, и я не настаивала. Здесь уже начиналась другая территория, с иными правилами, запахами и законами. Я вышла, плотно запахнув куртку, и скользнула в тень между корпусами.
К сожалению или, может, к счастью, Нико был из тех, кому нельзя было просто позвонить или написать. Он никогда не оставлял следы. В том числе цифровые. Всегда призрак. Даже когда работал на моего отца, никто об этом не знал. Он отрабатывал долг, временно, неофициально. А затем остался помогать мне, и это тоже держалось в тайне. Когда я спросила, почему он не ушел, когда его долг перед моим отцом был закрыт, он ответил: «Призраков не видит никто, но они должны видеть друг друга». И мы видели, и мы помогали, и мы помнили.
Я прошла к химзаводу, прячась в тенях бетонных конструкций. Здесь всегда было тихо. Я свернула к третьей секции, пробралась к балке у развороченного стального стержня и нащупала под ней пальцами бумагу.
«Как будешь готова, буду ждать тебя на барже».
Нико.
Я давно не бывала там. Старая баржа, ржавая, перекошенная, стояла на реке, брошенная всеми. Когда я была подростком, то любила туда сбегать из тренировочного лагеря, из-под опеки и надзора. И Нико всегда меня там находил. Тогда я любила это странное и опасное место, вокруг которого ошивались те, кого звали «отбросами». Ведь там не задавали вопросов. Там никто не смотрел тебе в лицо, если ты не мешал. Там никто от тебя ничего не требовал и ждал. Там можно было быть собой.
Я свернула к тропе. От завода до баржи – около двадцати минут пешком. Я шагала быстро, руки в карманах, глаза напряженно всматривались в каждую тень. Солнце висела над дорогой, как пыльное стекло, и всё вокруг будто дрожало от напряжения. Я пересекла мост, в который вросли деревья и провода, и вышла к пристани. Баржа стояла на том же месте. Я поднялась по трапу, скрипевшему от каждого шага, и вдохнула запах металла, мазута и чего-то давно мертвого.
Он был там. В темноте, как всегда.
– Привет, Ева, – сказал Нико, обернулся и раскрыл руки.
Я быстро подошла к нему и прижалась. Нико крепко обнял меня. И я вдруг поняла: дом – это не место. Это человек, с которым ты можешь быть собой. И тебе за это ничего не будет.
– Ты что, всё это время меня здесь ждал? – спросила я, отстраняясь.
Нико рассмеялся, легко, с насмешкой, как будто мой вопрос был самой забавной вещью за весь день.
– Датчик на химзаводе сработал, как только ты взяла мою записку. А дальше – дело техники. Я пришел минуту назад.
Я хмыкнула. Вот ведь.
– А я, значит, снова проморгала датчик?
Он подмигнул.
– Да. Минус один балл. Видишь, как вовремя ты пришла. Нам и правда нужно поработать.
Я покачала головой, заставляя себя не улыбаться.
– Но сначала, скажи: как ты? – спросил Нико.
– Всё хоро…
Но Нико не дал договорить ложь.
– Не увиливай. Как он себя с тобой ведет?
Я сделала вид, что не поняла, но от его взгляда никуда не деться.
– Всё нормально. Правда, – заверила я. – Справляюсь. Он… Марк умный. Но я тоже не глупая. Всё идет по плану. Почти.