ГЛАВА 15
Марк
Я сидел в зале советов в Крепости, уставившись в темное окно. Вокруг гудели голоса: кто-то спорил, кто-то поддакивал, кто-то пытался перекричать другого. Я не слышал ни одного из них. Все, что звучало в голове, – это ее дыхание. Ева.
Прошлая ночь крутилась в памяти, как заевшая пластинка. Ее взгляд. Она смотрела на меня не как раньше. Не с вызовом, не с настороженностью. С покорностью. Осознанной, острой, почти дразнящей. Хищница, которая сама стала добычей. Добровольно. Она позволила мне взять над ней верх. Ни намека на страх. Ни тени боли. Только странное, странное доверие.
Я не был голоден. Я жаждал. И это было опаснее. Давно я так не хотел. Не просто тела. А именно ее – целиком. Всё это было чересчур. Быстро. Бессмысленно. И чертовски правильно. Когда всё закончилось, я подхватил ее на руки, и она не протестовала. Только чуть вздрогнула, когда я шагнул в сторону душа. А потом положила мне голову на плечо, как будто это было единственное место, где ей было спокойно. И спокойно стало мне.
Горячая вода смывала остатки ночи, но я всё смотрел на нее, не отрываясь. На ключицы. На изгиб бедра с татуировкой феникса. На глаза, которые она не открывала. Как будто боялась. Как будто стыдилась. А затем я увидел ее спину. В приглушенном свете гостиной я не сразу их заметил, но в ярком свете ванной… Шрамы. Глубокие, старые. Кто-то когда-то хлестал ее со злостью. Систематично. Профессионально. Я видел такие раны в деле. Это был не бытовой удар. Это было воспитание.
Что-то внутри сжалось. Не жалость – я не умел жалеть. Скорее злость. На тех, кто это сделал. И странное, тупое желание укрыть ее. Защитить. Хоть как-то. Хоть ненадолго.
Я не знал, что на меня нашло. Всё это было неправильно. Опасно. Глупо. Но после душа, когда я отнес ее в спальню, я не ушел. Я не ушел, когда мог. Я лег рядом. Обнял. Закрыл глаза. И впервые за долгое время уснул не один. И впервые мне это понравилось.
Бернард позвал меня по имени: громко, с нажимом, будто я был провинившимся мальчишкой, застигнутым за пустыми мечтами.
– Марк?
Я оторвался от мысли, в которой застрял, – от серых глаз, от красных губ, от длинной шеи. Возвращение в реальность оказалось неприятным.
Шесть пар глаз старейшин уставились на меня в ожидании. Только Генрих стоял у окна ко мне спиной с руками, сцепленными перед собой.
– Мы теряем инициативу, – процедил Бернард. – Мораны вылезают на поверхность. Открыто. С оружием. С флагами. С этим альбиносом во главе. Мы слишком долго сидим и смотрим. Надо подавить. Жестко. Сил у нас хватает.
– Мы не знаем, сколько людей в подполье у Моран, – заметила Эльза, сухо посмотрев на Бернарда.
– Знаем.
– Приблизительно.
– Ты действительно хочешь новой войны? – спросил Генрих, отвернувшись от окна. – Разве не ты сам десять лет назад говорил, что война лишь породила новых фанатиков?
– Сейчас не война. Сейчас зачистка.
– Марк? – Эльза перевела взгляд на меня. – Что скажешь?
Я вздохнул. Медленно. И сдержанно, потому что внутри уже всё кипело от недальновидности Бернарда.
– Я скажу, что не хочу отправлять наших людей на смерть, если есть шанс этого избежать. Да, Мораны активизировались. Но пока они шумят, мы наблюдаем. Слушаем. И отвечаем точечно.
– Точечно? – Бернард усмехнулся, как будто я предложил помолиться в ответ на бомбу. – Они клеймили наших шпионов. Казнили. Выбросили под башней и…
– И мы нашли того, кто их сдал, – прервал его я. – Предатель пойман. Допрос проведен. Он уничтожен.
Предателем оказался один из наших людей среднего звена. Тот, кто слишком любил азартные игры и сильно проигрался. Тот, кто с удовольствием принял взятку от Моран и выдал всё, что знал. Ну что ж, что посеешь, то и пожнешь.
В комнате повисла пауза.
– Медленно, Марк, – сказал Бернард. – Всё двигается слишком медленно. Ты думаешь, у нас есть время. У нас его нет. Богдан не остановится. А если мы потянем еще, у него появятся союзники. Но если прямо сейчас заручиться поддержкой Тавричей, мы сомнем Моран за три дня. Как тогда, десять лет назад.
– И заодно покажем Ратмиру, что без него мы не можем справиться с угрозой? – Я посмотрел на него в упор. – Покажем свою слабину?
Бернард прищурился и покачал головой, как недовольный учитель.
– Когда ты уже откинешь свои старые обиды на Ратмира? – голос Бернарда стал колким. – Ты глава клана, а как будто…
– Осторожней, Бернард, – процедил я сквозь зубы.
Но он меня проигнорировал. Вокруг все замерли.
– А сейчас вы делите новую игрушку, да? Это всё из-за этой Евы? Этой шлюхи?
Я сорвался с места, опрокинув стул. Секунда. Я достал пистолет из-за пояса и приставил холодный металл ко лбу Бернарда.